клуба, пропитанное тайнами, всегда подталкивало его к этому.
—. ..и я тебе говорю, это было просто безумие, — донесся до него приглушенный голос одной из девушек, чьи волосы отливали ярко-красным цветом. — Ты помнишь, как Ева буквально никого не выпускала из этого чертова пояса верности? Весь мужской персонал, буквально каждый!
Вторая девушка, одетая в черное боди, тихо хихикнула, но в ее смехе не было веселья, скорее — легкое пренебрежение.
— Ой, да, я слышала об этом. Но это же странно, разве нет? Зачем ей это?
— А в том-то и фокус! — Первая понизила голос еще сильнее, и Сэм затаил дыхание, почти перестав дышать. — Ты разве не слышала про те крема? Ева отправляла сперму на завод косметики. Из нее делали потрясающие крема. Она говорила, это невероятно полезно для женского здоровья, кожа после него просто сияет. Поэтому она и устроила этот «сбор урожая».
— В смысле? — в голосе второй девушки промелькнуло любопытство.
— Ну, всё было строго по протоколу, — продолжала первая, и Сэм почувствовал, как по его спине пробежал холодок. — Никаких тайных радостей в туалетах или подсобках. Ева лично контролировала процесс. Мужчинам разрешалось кончать только под ее присмотром, и всё — прямо в специальные контейнеры для сбора. А потом она тут же надевала на них пояс верности обратно, чтобы они не могли растратить ценный ресурс в другом месте. Всё должно было быть строго сохранено для производства.
— И что, сейчас это всё закончилось? — спросила девушка в черном.
— Не знаю, — неопределенно пожала плечами красноголовая. — Сейчас она как-то отошла от этой системы. По какой причине — никто не знает. То ли покупатели сменились, то ли ей надоело этим заниматься.
Девушки замолчали, и вскоре послышался звук их удаляющихся шагов. Сэм остался стоять, глядя на пустое пространство перед собой. Его разум лихорадочно переваривал услышанное. Теперь всё обретало новый, пугающий смысл: его работа, его унижение, даже его собственный пояс верности — всё это могло быть частью гораздо более масштабной и циничной схемы, о которой он раньше даже не догадывался. И самое страшное было в том, что он не знал, вернется ли Ева к этому «производству» снова.
Сэм отправился вдоль длинного коридора, ведущего к служебным помещениям. Мысли о «сборе спермы» крутились в голове, заставляя его чувствовать себя не просто уборщиком, а каким-то подопытным объектом, чья функция может быть гораздо шире, чем просто поддержание чистоты.
Ритмичный, резкий стук каблуков по кафелю прервал его раздумья. Сэм замер, выпрямляясь, и увидел Еву. Она шла навстречу ему, уверенной, хищной походкой, ее фигуру подчеркивал безупречно сидящий деловой костюм. В руках она держала планшет, и свет ламп отразился в ее глазах, когда она остановилась прямо перед ним.
— Ты хорошо справляешься, Сэм, — произнесла она, окинув его оценивающим взглядом, задержавшись на секунду на его лице и спине. В ее голосе не было привычного тепла, только сухая распорядительность. — Но у меня есть для тебя дополнительное задание на сегодня.
Сэм почувствовал, как внутри него что-то сжалось от предчувствия. Он знал этот тон — за обычным поручением всегда следовало условие, которое проверяло его преданность и границы его выносливости.
— В подвале накопилось слишком много пыли на технических механизмах, — продолжила она, постукивая стилусом по экрану планшета. — Нужно протереть детали автоматических платформ, очистить смазку на ремнях и проверить состояние датчиков на матах. Работа грязная и кропотливая.
Сэм кивнул, уже готовясь достать дополнительные тряпки, но Ева сделала шаг ближе, вторгаясь в его личное пространство.
Похотливая бабуся