удивляйся, когда тебе там вправят мозги, если ты всё-таки туда доберёшься.
С этими словами она развернулась и вышла из аудитории. Облегчение от того, что я от неё избавилась, было невероятно приятным. Впервые с начала этой пары мой пульс начал замедляться, а не расти. Я просто опустила взгляд на стол и попыталась впитать это ощущение как можно полнее, стараясь не встречаться глазами с остальными — они только что наблюдали всю эту сцену. Вот если бы ещё и выход из всей этой ситуации нашёлся — было бы вообще супер. Но выхода не было. Мне оставалось лишь сидеть в ловушке за этим столом. Я снова бросила взгляд на Эмбер — она одарила меня очередной дружеской улыбкой. На этот раз доброта в её лице почему-то успокоила меня, а не встревожила. Что ж, буду брать, что дают. Не знаю только, как я всё это выдержу. Я на грани того, чтобы сорваться и разрыдаться. Но надо держать себя в руках — нельзя раскисать у всех на виду.
— Аманда Джонсон, — раздалось по громкой связи. — Вас просят подойти в деканат. Немедленно, пожалуйста. Это всё.
Я хочу убить себя. Как мне выпутаться из этого? Вся аудитория теперь смотрит на меня, ожидая, что я буду делать. Я уж точно не собираюсь вставать и показывать всем, что на мне ничего нет ниже пояса. Но люди в деканате будут и дальше привлекать ко мне внимание. Где, чёрт возьми, эта стерва-преподавательница? Она вообще слышала, как моё имя объявили по громкой связи?
— Эмбер, ты не могла бы сходить в кабинет миссис Дэвис и позвать её? — попросила я почти умоляюще, хотя изо всех сил старалась делать вид, что ничего не скрываю.
— Конечно, с радостью, — ответила она и вышла из аудитории. Может, не стоило мне так уж поспешно о ней судить. Прошло несколько долгих минут — она вернулась без Гейл.
— Её не было в кабинете, — сказала она. — Я нигде её не нашла. Не знаю, где она.
Чёрт её побери, где она? Мне нужно достать шорты из этого проклятого ящика, надеть их и положить конец этой пытке, которая всё никак не закончится.
— Аманда Джонсон, — снова заговорил голос по громкой связи. — Говорит представитель администрации. Просим вас немедленно подойти в деканат. Это всё.
И снова все взгляды на мне. Что мне делать? Придётся попросить кого-нибудь дать мне чем-то прикрыться. Уверена, эта новость моментально разлетится по всему институту. Именно этого я и пыталась избежать, когда всё это началось.
— Кажется, это значит, что ты можешь идти в деканат, — заметила одна из девушек таким тоном, будто сообщила мне нечто, до чего я сама бы не додумалась.
Вставать в таком виде я не собираюсь, но и чтобы деканат продолжал вызывать меня по громкой связи — тоже не хочу. Ясно, что Гейл не вернётся. Чёрт, чёрт, чёрт. И тут до меня дошло: можно обернуть вокруг пояса толстовку. Она, конечно, не очень большая и много не прикроет, — но, может, как раз достаточно, чтобы выйти отсюда, не сверкнув перед всеми половыми губами. Будет выглядеть странно, если я сниму толстовку и начну обматывать её вокруг себя под столом, прежде чем встать, — но в последнее время всё, что я делаю, выглядит странно. Я медленно стянула толстовку с плеч — вышло неловко, потому что ею я прикрывала затвердевшие соски, проступающие сквозь футболку. Ну, пусть теперь торчат как хотят. Оборачивая толстовку вокруг талии, я изо всех сил старалась оставаться прикрытой столом. Многие в аудитории
Одна двойная история