было противно это признавать, волны расслабления, накатывавшие на меня, действительно возбуждали — и очень сильно. Несмотря на то что мне было стыдно, когда все трое на меня смотрели, соски у меня затвердели, а внизу нарастало знакомое покалывание. Господи, только не это — не хочу возбуждаться при них, они же решат, что мне это нравится.
— Сдаётся мне, она и так была возбуждена, — попытался убедить всех Трэвис. — Она, наверное, сейчас вообще на седьмом небе.
— Для человека, которому всё это якобы нравится, она выглядит слишком напуганной, — возразил Карл Трэвису. — Но да, кажется, она заводится.
— Я тоже это вижу, — согласилась Тесс. — Держи, Аманда, ещё затяжку.
Она снова поднесла трубку к моим губам, и я глубоко затянулась. На этот раз я почти не кашляла и надолго задержала дым в лёгких, прежде чем выдохнуть.
— Ничего себе затянулась, — оценила Тесс, а потом приобняла меня и прижалась. — Ну что, теперь тебе гораздо лучше?
— Немного, — тихо ответила я. — Спасибо.
— Пожалуйста, — доброжелательно ответила она. — Слушай, а теперь опусти руки — дай нам нормально на тебя посмотреть.
— Да брось, Аманда, дай хоть одним глазком взглянуть. Мы смеяться не будем.
Тесс продолжала уговаривать меня опустить руки и дать им себя рассмотреть. Меня уже изрядно накрыло, и я, сама того не желая, расхохоталась в голос, отчего всё моё тело заколыхалось.
— Сексуально, — одобрил Карл. — Её надо чаще обкуривать.
— Тесс, проверь, боится ли она щекотки, — усмехнулся Трэвис.
— Отличная мысль, — одобрила Тесс. — Так или иначе, заставим её опустить руки.
— Боже, нет! — вскрикнула я, перестав смеяться и отпрянув от Тесс, которая уже собралась меня щекотать. — Ладно, я покажу, только руки не распускайте.
— По рукам, — ответила Тесс и, откинувшись назад, уставилась на меня. — Встань. Руки по швам.
Чёрт, поверить не могу, что я согласилась. Одна только мысль, что меня будут щекотать у них на глазах, была невыносима: я и без того возбудилась и могла опозориться ещё сильнее обычного. Под взглядами всех троих я сделала, как просила Тесс: встала и позволила им себя разглядывать. В одурманенном состоянии я дрожала меньше, чем раньше, но всё равно залилась краской, когда они начали меня осматривать.
— Посмотрите на этот пухлый животик, — произнёс Трэвис с издёвкой. — Отлично сочетается с твоими гладкими ляжками. Хотя сиськи неплохие. Я бы от таких не отказался.
— У меня больше, — сочла нужным заметить Тесс. — Но у неё миленькие, очень торчком стоят. А ноги мне нравятся: длинные и стройные, но не тощие, как у некоторых.
— Можешь повернуться и показать нам задницу? — попросил Карл.
— Эй, — Тесс бросила на Карла строгий взгляд, — смотри не слишком-то пялься на неё, а то сегодня вечером только смотреть и будешь. — Она повернулась ко мне. — Давай, поворачивайся.
Слава богу, я была обкурена, иначе это было бы вообще невыносимо. Я сделала, как просили, повернулась к ним спиной и дала им рассмотреть мой зад.
— Ого, эта задница почти как галстук-бабочка, — заявил Трэвис. — У белых девушек такое нечасто увидишь.
— Действительно, необычно выглядит, — добавил Карл. — Но круто. Как у тебя, Тесс, только компактнее.
— Что ты сказал? — выкрикнула Тесс. — Ты правда сейчас это сказал?
— Не такая красивая, как у тебя, — поспешил оправдаться Карл. — У неё задница куда жирнее, малышка.
— Смотри мне, парень, — погрозила она пальцем. — Сегодня на ужин, похоже, будет «Бургер Кинг».
Охотник. История третья. Марина.