Ее круглые ягодицы блестели под светом лампы, кожа была гладкой и загорелой.
Юлия тем временем уже надела свой сценический костюм — короткое платье цвета фуксии, облегающее, с глубоким вырезом на спине. Потом повернулась к Саше:
— Ну как? Ты перестал стесняться?
Саша сглотнул. Пока парень смотрел на двух девушек в белье — Таня в сиреневом кружеве, Юля в белом, — его член был уже полностью твердым, упираясь в узкую полоску черных стрингов, которую он сам (кто бы мог в это поверить?!) на себя надел. Под розовым платьем это было заметно, если присмотреться, — легкий бугорок в районе паха. Сашка сжал бедра, пытаясь скрыть эрекцию.
— Да... наверное, — выдавил он.
— Хорошо, — Юля взглянула на часы. — Скоро придет Татьяна Викторовна. Она будет проверять наши сцены. Она думает, что здесь только девушки, так что ты, Саша, молчи и изображай из себя девчонку. Договорились?
— Договорились, — кивнул парнишка, стараясь говорить тоненьким голосом.
Не успели они закончить, как входная дверь актового зала скрипнула, и в помещение вошла Татьяна Викторовна. Она была невысокой — чуть выше Тани, — стройной, с аккуратной фигурой, которую подчеркивал темно-серый костюм: юбка-карандаш чуть выше колена и пиджак на пуговицах. Ее каштановые волосы были подстрижены в классическое каре, кончики загибались внутрь, обрамляя лицо. Классный руководитель выглядела лет на тридцать пять, хотя ей было сорок: никаких морщин, только легкие линии у глаз, когда она улыбалась. Но сейчас женщина не улыбалась.
— Девочки, почему реквизит не разложен? — спросила учительница строгим, но не громким голосом. — У нас мало времени.
Она прошла к сцене и только тогда заметила Сашу. Остановилась. Прищурилась.
— А это кто?
Юля шагнула вперед:
— Это Саша, Татьяна Викторовна. Она учится в параллельном классе. Ира еще не выздоровела, вот я и попросила Сашу подменить ее.
— Саша? — Татьяна Викторовна подошла ближе, вглядываясь в лицо Сашки. Макияж, парик, платье — все было убедительно, чтобы заподозрить обман, и учительница пожала плечами. — Ну ладно. Готовьтесь, через десять минут начинаем прогон. Надеюсь, Саша знает слова.
Женщина повернулась и пошла к вешалке, висящей у стены. Таня и Юля переглянулись, а Сашка облегченно выдохнул — пронесло.
А потом Татьяна Викторовна начала раздеваться. Она сняла пиджак, аккуратно повесила его на вешалку, а затем взялась за молнию юбки. Девушки замерли. Юля быстро шепнула:
— Она думает, что мы все девушки. Сашка, смотри, не выдай себя.
Юбка сползла по стройным ногам, обнажая бедра и белые трусики — обычные, хлопковые, закрывающие почти всю задницу. Татьяна Викторовна не стеснялась — она повернулась к актрисам спиной, снимая блузку. Ее спина была гладкой, с выступающими лопатками. На учительнице оказался простой, без украшений бюстгальтер телесного цвета. Татьяна Викторовна расстегнула его и сняла, обнажив грудь второго размера — упругую, с сосками светло-коричневого цвета, которые чуть заострились от прохлады.
Таня почувствовала, как ее собственные соски напряглись под кружевом. Она смотрела на обнаженную грудь учительницы и не могла отвести взгляд. Рядом стоял Сашка — переодетый в девушку парень, — и он тоже смотрел. Его карие глаза расширились, губы приоткрылись. Под платьем его член пульсировал от возбуждения: вид женщины старше его, раздевающейся без стеснения, действовал на парнишку сильнее, чем он того ожидал.
Татьяна Викторовна достала из своей спортивной сумки, которую она принесла с собой, спортивный топ и черное облегающее платье-водолазку с длинным рукавом и надела их через голову. Платье плотно обтянуло ее тело, и через ткань слегка проступили контуры сосков, которые не помог скрыть даже топ.
— Ну, что? — сказала она, поворачиваясь к присутствующим. — Вы, я смотрю, уже переоделись?
?Мой личный сорт героина???? (с)