и обнажал округлые, кремовые бока ее груди под мышками. «Я понимаю, что вы имеете в виду», — сказала она, поднимая руку. Если она немного наклонялась, то могла видеть большую часть своей груди через пройму рукава.
«Что же нам делать?» — простонала Синди.
«Оторвем рукава от рубашек!» — предложила Дениз.
Они попробовали, но им не хватило сил разорвать новую ткань или швы. Синди открыла дверь и вышла в комнату.
«Папочка? У тебя есть карманный нож? Рубашки, которые мы купили, с длинными рукавами, и нам нужно отрезать рукава».
Оба мужчины повернулись к Синди, которая выглядела просто восхитительно в одном только комбинезоне. Весь её бок был открыт, её нежная обнаженная кожа притягивала взгляды обоих мужчин. Оба мужчины одновременно поняли, что, если мужчина стоит за ней, он может просунуть руки в проймы комбинезона и получить в свои руки щепотки мягкой подростковой груди, вот так просто!
Дейв порылся в кармане, глядя вниз. Он уже чувствовал, как его член твердеет и вздохнул. Он достал нож и протянул его Синди, которая ярко улыбнулась и сказала: «Спасибо, папочка!» и исчезла обратно в ванной.
Дэйв посмотрел на Дика, который пожал плечами. Пытаясь пошутить, он сказал: «Если предложение всё ещё в силе, я твой человек».
Дэйв, чьё раздражение почти парализовало его, опустил плечи.
«Она красотка, не так ли?»
«Как я уже говорил, Ниси будет хорошо выглядеть в любой одежде. Синди не исключение».
«Она, наверное, заорёт во весь голос, если я хоть пальцем её коснусь», — сказал Дэйв.
«Кто? Синди?» — спросил Дик.
«Любая из них», — вздохнул Дэйв. «Я извращенец. Я, блядь, извращенец, Дик!»
«Если ты извращенец, то и я тоже», — сказал Дик.
«Вот это смешно!» — ахнул Дэйв. Он был так ошеломлён, что начал смеяться, лишь бы не заплакать. «Наши дочери хотят спать с нами и они завидуют той потрепанной жизнью сварливой старухе, которая держит магазин. Вдобавок ко всему, мы обсуждаем возможность спать с дочерьми друг друга, чтобы ни один прыщавый подросток не лишил их девственности. Может ли быть что-то безумнее?» Его истерический, хриплый смех перерос в настоящий, такой приятный, что он просто расслабился. Ему пришлось сесть на кровать, потому что колени подкосились, а смех продолжался и продолжался. Дик, улыбаясь во весь рот, сочувствуя своему лучшему другу, не мог не присоединиться к смеху, хотя оба понимали, что это совсем не смешно. Они все еще смеялись, когда девушки вышли из ванной.
Обе девушки слышали, как в другой комнате начался смех, когда они практически уничтожили две новые рубашки, пытаясь отрезать от них рукава.
«Они смеются над нами!» — воскликнула Дениз.
«Должна признать, мы выглядим смешно», — сказала Синди. Она не удовлетворилась простым разрезом рукава и углубилась в основную часть рубашки. К тому времени, как она закончила, пройма стала шириной в фут. Она сняла лямки комбинезона, надела рубашку, застегнула три нижние пуговицы и подтянула лямки обратно. Лучше было не намного и она нахмурилась. «Я выгляжу как какая-то деревенская дурочка!» — простонала она.
«Лучше бы они не смеялись над нами!» — сказала Дениз, хмурясь. «Мы сделали всё, что могли!»
Синди резко рванула рубашку Дениз, добившись примерно того же эффекта — круга шириной в фут там, где раньше был прикреплен рукав. Она швырнула рубашку в сторону подруги, которая сбросила комбинезон, обнажив грудь.
«Нам бы просто выйти туда вот так!» — прорычала Синди. «Вот это заставило бы их замолчать!»
«Вот бы они изменили свое мнение, если бы мы так сделали!» — хихикнула Дениз, поднимая руку. Она все еще могла разглядеть большую часть округлой стороны своей груди, но теперь она была наполовину в ярости и ей было
Горячие кавказцы