прийти в ярость. По мнению девушки, я остался архаичным динозавром; оказывается, в современном обществе жизнь и взаимоотношения полов гораздо менее сложные и более подвижны.
Чарли обратила внимание на то, что ее бабушка в свое время гордилась тем, что после второй мировой войны была любовницей французского промышленника, и продолжала это, указывая на то, что многие французские женщины ожидали, что их любовные отношения на стороне будут восприниматься своего рода знаком чести для них. Меня не позабавило это, и я воспринял это как оскорбление в адрес ее деда, который, оказывается имел в семье изменщицу вместо жены. Когда же я заметил, что ее кровь гораздо ближе к родословной ее бабки, чем у нашей дочери, и спросил, действительно ли эти взгляды соответствуют ей самой, или она просто пытается отвести мой гнев от поведения Осеаны, - наша постель на несколько дней превратилась в ледяную пустыню.
Потом она извинилась, сказав, что в тот момент пыталась просто разрядить обстановку, но настояла на том, чтобы я сам признался ей, что действительно вышел из страны динозавров, когда дело доходит до отношений. Я от всего сердца согласен с ней и горжусь тем, что держу свои моральные ориентиры близко к сердцу.
💔
Несмотря на режим вибрации, мой телефон продолжал показывать признаки жизни. У меня в WhatsApp было создано несколько групп общения с ключевыми людьми. В основном это друзья и родственники с обеих сторон. Написав общее сообщение, я сначала послал его родственникам Чарли, а затем переслал его и другим группам. Я сказал им, что ищу ответы, и попросил, пожалуйста, дать мне время и возможность сделать это. Что бы я ни узнал, я поделюсь этим как можно скорее. Это не заставило мой телефон замолчать, но постоянное беспокойство, вызванное его вибрацией, прекратилось. Я не был уверен, что она мертва, и вполуха слушал новости, в которых говорилось, что вряд ли кто-то выжил. На заднем плане крутились кадры с места крушения, к которым постоянно добавлялись фрагменты, пока разворачивалась эта драма. На экране высветился номер телефона для тех, кто обеспокоен тем, что на борту самолета могли находиться их родственники или друзья. В течение следующего часа я неоднократно пытался дозвониться по этому номеру, но добился только того, что мне советовали набраться терпения и оставаться в очереди. Так как до аэропорта Хитроу было всего сорок минут езды, и там наверняка были люди, которые приехали туда для встречи кого-то из пассажиров злополучного рейса, я подумал, что, поговорив там с кем-нибудь, я получу быстрые и, надеялся, честные ответы. Через десять минут я уже был в пути.
💔
Летом в аэропортах всегда много людей, и Хитроу не был исключением. Входя в терминал, я присоединялся к группе посетителей аэропорта, что статистически округляло возможности личной встречи с интересующей информацией до нуля процентов, что мне категорически не нравилось. Каждый шаг, отягощенный осознанием того, что в глубине души я уже знал ответ, вызывал у меня желание повернуться и пойти домой. Я не должен был быть окружен жизнерадостными детьми, счастливыми семьями и бизнесменами, сосредоточенными на радостях кругосветного путешествия, жертвуя несколькими часами, проведенными в металлической трубе, наполненной сжатым воздухом. Я сомневаюсь, что, если бы я встал на дыбы и сообщил всему миру, что потерял свою жену при катастрофе рейса EAZ450, это бы кого-нибудь повлияло. Возможно, на некоторых, и это, безусловно, привело бы к тому, что некоторые пассажиры просто были бы обеспокоены. Это было несправедливо. Жизнь полна риска, иногда что-то просто случается, и когда приходит время уходить тебе, - что же, значит, твое время вышло.
Преступная связь. Часть пятая.