— Мамочка знает. — Она поцеловала меня в грудь. — Твой отец говорит, что есть новые правила. Он мне не говорит, — надулась она.
— А ты думала, что я скажу, если он не скажет? — сказал я, похлопывая ее по голой попе.
— Он сказал, что если ты захочешь, то расскажешь. Это зависит от тебя. — Мама положила свою ногу на мою, терлась об меня, мило извиваясь. Я почувствовал тепло ее промежности, влажной от моего бедра. — Пожалуйста, малыш? Мне нужно знать. Ты уже завоевал меня?
Я поднял ее лицо к своему, попробовал на вкус ее о-очень приятные губы.
— Не полностью. Еще нет. Я работаю над этим.
— Правила? — умоляла она. — Где мы должны остановиться?
— Никакой ебли, ни спереди, ни сзади. Это главное, что ты должна знать.
Она надулась.
— А есть еще?
— Да, но это между мной и папой. Что касается тебя, то я больше не буду тебя трахать. Никаких ошибок или отступления от правил. Пока папа не решит иначе.
— Ты думаешь, он решит? — тихо спросила она.
— Я уверен, что решит. Как только ты выполнишь свою часть работы.
— Свою часть? Какую именно?
— Это всё еще секрет. Скоро ты все узнаешь. А пока мой рот и сладкая мамочкина киска станут очень хорошими друзьями.
— Кормить тоже будут много, правда, малыш?
— Много. Не удивляйся, если я войду в твою комнату посреди ночи и устрою тебе полуночный перекус в папиной постели.
Мама тихонько застонала, ее руки поглаживали мою грудь. Она погладила меня по линии челюсти.
— Это было бы ужасно озорно, Джереми.
— Так же озорно, как если бы я давал тебе перекусить поздно ночью, когда его хуй утопает в твоей невероятной пышной попке, мама?
— Ты не посмеешь, — нервно сказала она.
— Определенно посмею. И часто, если только папа не скажет мне остановиться.
— Сегодня ночью?
— Посмотрим. Если ты будешь очень хорошей мамочкой.
Я отвел маму в душ, и мы вместе вымылись. Это было так восхитительно, когда мне позволяли мыть ее и ощупывать, играть с ее телом, и все это с папиного одобрения.
— Ты уверен, что отец не против? — снова спросила она.
— Да, мам. Всё в порядке, — сказал я ей, намыливая ее сиськи в третий раз.
Мы вышли из душа и высушились.
— Я закончу готовиться в своей ванной, — сказал я ей. — Жду тебя голой в твоей постели, когда вернусь.
— В постели твоего отца? — захныкала она.
— Голой и готовой.
***
Я почистил зубы, побрился, сделал обычный моцион. Я сбегал вниз и принес две бутылки воды, затем вернулся в ее комнату.
Она лежала в своей постели, откинув покрывало.
— Ты уверен, что все в порядке? — нервно спросила она.
— Не спрашивай. Я не собираюсь нарушать его правила, и тебе не позволю, больше не позволю.
Она кивнула.
Я притянул ее к себе.
— Как ты там себя чувствуешь? — спросил я.
— Болит. В последнее время у меня всегда там болит. Интересно, почему? — поддразнила она.
— Сейчас я собираюсь заняться тобой, и я хочу, чтобы ты рассказала мне, что тебе нравится и что я могу сделать, чтобы тебе было хорошо. Будь честна и открыта со мной.
— Конечно, Джереми.
Я не торопился с ней, практикуя то, чему научился с тетей Мари и Пенни, сосредоточившись на ее удовольствии. Она легко возбудилась, и менее чем через 10 минут я выжал из нее её первый большой оргазм. Я старался быть нежным и внимательным после того, чему мы подвергли ее накануне вечером, но у меня не всегда получалось. Через пять
Что было в палатке ? остаётся в палатке. Часть 1