это было важным, нужным, захватывающим — но сейчас ей хотелось только одного: увидеть Диану.
Она соскучилась. После вчерашнего разговора с матерью, после того, что случилось в парке в пятницу, после всех этих американских горок эмоций ей нужно было просто оказаться рядом с человеком, который понимает её без слов. Который обнимет и скажет: «Ты справишься». Который верит в неё больше, чем она сама.
И ещё ей нужно было кое-что исправить — подарок. Она забыла вручить Диане подарок! Алисе вручила, а Диане...
В пятницу, когда они сидели в парке у торгового центра и ждали Диану, Инга вручила Алисе её подарок — наушники с кошачьими ушками. Она закрыла глаза и вспомнила этот момент — как Алиса открыла коробку, как её голубые глаза расширились от восторга, как она завизжала на весь парк: «Инга! Ты что! Это же такой крутяк!» — и бросилась обнимать её. Этот момент, эти эмоции. Ради них было не жалко никаких денег.
Инга довольно улыбнулась воспоминаниям, но тут же помрачнела. То что произошло потом... Это было крайне неприятно. Парни которые попытались... Даже вспоминая это Инге становилось плохо. Этот липкий, противный страх, пробудивший страшные воспоминания. Ужас, парализовавший её, даже сейчас сковывал своими ледяными когтями. Это выбило из неё все мысли о подарке для любимой. В голове остался только страх. Только слезы. Только желание забыть все это!
Вспомнила она о нём уже дома, когда полезла в рюкзак за карандашами. Маленькая бархатная коробочка в виде рыжего лисёнка и серьги с изумрудами, под цвет глаз любимой. Самый дорогой и ценный подарок для Дианы. Ей не терпелось вручить его! И ей было стыдно, что она забыла вручить его тогда. Самый главный подарок, для самого важного в её жизни человека. И она забыла! Дура!!!
Дрожащей от волнения рукой она нажала на дверной звонок. Диана открыла дверь и радостно улыбнулась:
— Инга! Я думала, ты сегодня не придешь.
— Я соскучилась, — просто сказала Инга.
Диана втянула её в прихожую и обняла. Инга прижалась к ней, чувствуя, как напряжение уходит из плеч. От Дианы пахло чем-то цветочным — наверное, шампунем. Её руки были тёплыми и сильными.
— Я тоже скучала, — прошептала Диана и поцеловала её.
Это был долгий, нежный поцелуй — не страстный, а скорее успокаивающий. Как будто Диана чувствовала, что Инге это нужно. Когда они отстранились, Инга опустила глаза и сказала:
— У меня есть кое-что для тебя. Я должна была подарить это раньше. Ещё в пятницу. Но я... я забыла. Тогда, в парке, после всего этого... я просто забыла.
Диана поцеловала её ещё раз:
— Ну забыла и забыла! Никто же не пострадал от этого.
Инга полезла в рюкзак и достала бархатную коробочку. Протянула Диане, чувствуя, как горят щёки.
— Вот. Это тебе. Подарок от меня. Извини, что...
Диана взяла коробочку дрожащими пальцами. Открыла. И замерла.
Внутри, на чёрном бархате, лежали серьги. Маленькие изумрудные капельки в золотой оправе. Камни сверкали в мягком свете прихожей — зелёные, глубокие, точно такие же, как глаза Дианы. Она смотрела на них и не могла пошевелиться. Инга видела, как её лицо меняется: сначала — недоверие, потом — шок, потом — что-то такое огромное, что, казалось, переполняет её целиком.
— Инга... — прошептала она. — Это... это мне?
— Тебе, — ответила Инга, всё ещё краснея. — Я долго выбирала. Хотела найти что-то, что подчеркнёт твои глаза. Изумруды — они как твой цвет. Я не знала, понравится ли тебе...
Диана не дала ей договорить. Она прижала коробочку к груди, и по её щекам потекли слёзы. Светлые, прозрачные, от которых глаза Дианы стали
Санаторий ?Незабудка?