хотел, чтобы его признание в качестве лидера Земли имело больший вес, чем легенда, которая, по общему признанию, теперь была закреплена в конституции Соединённых Штатов. На что он действительно надеялся, так это на одобрение со стороны различных премьер-министров. Он чувствовал, что это придаст ему гораздо большую легитимность.
— Адмирал, я собираюсь вернуться в Нью-Инверари, чтобы встретиться с премьер-министрами и собрать вещи для своей семьи и Камня. Я предпочел бы сделать это место своей оперативной базой - назовите это сентиментальными соображениями. Можно ли найти здесь подходящее жилье для всех нас?
— Конечно, Ваше Высочество. Возможно, это не будет на том уровне качества, который соответствует вашему положению, но я уверен, что мы сможем найти что-нибудь достаточно просторное для всех вас, - ответил Маккаллох.
— Адмирал, могу вас заверить, что мы обойдемся и без этой роскоши! Главное, чтобы там хватило места для Лахлана и всех членов семьи, которых он захочет взять с собой.
— Конечно, Ваше Высочество.
— И, адмирал, я хотел бы встретиться с капитаном „Далриады“, когда вернусь, если это возможно?
С этими словами Скотт обнял Хельфе, взял Мака за руку и вместе с Уильямом и Тарой направился к комнате телепортации. Она начнёт обучение в Академии, но Скотт уже решил, что большая часть её подготовки в качестве капитана корабля будет проходить под пристальным наблюдением Брюса Макфергуса на «Далриаде». Он считал, что это гарантирует, что она выработает правильные привычки. Лахлану будет предоставлена возможность уладить все незавершённые дела, поскольку он посвятил себя службе у Скотта.
Путь обратно в Нью-Инверари прошёл так же быстро, как и путь сюда, и Скотт, Тара и Уильям прошли по коридорам к жилым помещениям, выделенным Скотту. Фиона и Эйлиан радостно взвизгнули, когда они вошли в комнаты, но тут же начали спрашивать, почему с ними нет Хельфе.
Скотт объяснил, с какими просьбами обратились Хельфе и Тара, и что он согласился, чтобы они пошли по выбранному ими пути. Его удивило, что Фиона и Эйлиан, похоже, приняли это без возражений, и он в очередной раз решил, что никогда в жизни не сможет до конца понять женщин.
Действительно, когда Фиона дала понять, что хотела бы каким-то образом внести свой вклад, а Эйлиан спросила, будет ли приемлемо, если она вернётся к обучению на врача, он почувствовал гордость за то, что все члены его семьи хотели сыграть свою роль в деле защиты Земли.
Дэвид и Кринан стояли и слушали разговор взрослых, и теперь оба потребовали, чтобы и им дали возможность внести свой вклад. Скотт поставил точку в этом вопросе, твердо заявив, что они слишком молоды, чтобы принимать активное участие. Разумеется, это не понравилось юношам, которые считали себя взрослыми и способными внести такой же вклад, как и любой другой.
Скотт попытался успокоить мальчиков, но без особого успеха. Он знал, что ему придётся терпеть их укоряющие взгляды и угрюмое настроение в течение нескольких дней, пока они переживут свой гнев. Он обратился к Уильяму.
— Уильям, я хочу, чтобы с этого момента ты считал себя моим личным помощником. В качестве твоей первой задачи я хочу, чтобы ты организовал индивидуальные встречи с каждым из премьер-министров в течение следующих двух дней. Мне также нужно как можно скорее встретиться с ведущими космическими инженерами и учёными. Пожалуйста, организуй это.
Уильям поспешил выполнять свои новые обязанности, а Скотт просто решил отдохнуть в кругу семьи - или почти всей семьи.
— Папа, расскажи нам о Габрайне и Лахлане. Куда они уехали? Что с ними случилось? - спросил маленький Джеймс.
Он только недавно научился ходить, но уже говорил полными предложениями. Малышу нравилось,
мои измены