предлагала его попку, так что… Он быстро доработал идею, изобразив тяжёлый вздох.
— Мама, ты говорила, что иногда Милфа… признаёт мальчика Прикасаемым. Тогда она сама использует его… [E1]
— Конечно, это снимает проблему ревности, но возможно… он не захочет? – Омита тяжело вздохнула, так что её груди едва не разорвали ткань, и печально прикусила пухлую губу.
— Ох! Омита-тина! – Босат сполз на пол, уткнувшись лбом в округлые колени. – Позвольте мне признать вас своей Владелицей! Я хочу принадлежать вам!
— Ты знаешь, что тебе придётся сделать? Испить сок моего влагалища…
— О-о-о-о!!! Я готов! – буквально взвыл тот.
Гайс едва удержался от ухмылки. Когда Эрайна говорила, что ожидание приятней получения… Она сильно ошибалась!
— Ты будешь принадлежать мне, а не я тебе…
— Да-да! Я согласен! Я желаю этого!
— Мне придётся регулярно заботиться о своём Прикасаемом, - она сказала это, глядя на сына.
Тот привстал и, склонившись над приятелем, поцеловал её волосы. Конечно же, он сразу заметил, что мама сделала причёску, которую он просил. Надо будет сказать ей, когда они останутся одни… Им надо о многом поговорить… Желательно до того, как…
— Мальчики, идите со мной, - мама повела Босата за руку, сын направился за ними в… гостиную.
Когда они только переехали в этот дом, Гайс удивился, почему их с сестрой поселили в одной комнате, когда есть свободная. Мама объяснила просто: это гостиная, а та – детская. Вокруг журнального столика на мягком ковре стояли диван и два кресла. У стены небольшая кушетка и что-то вроде турника. Кажется, мама занималась тут гимнастикой, но это сторона её жизни Гайса не интересовала.
— Прими позу Покорности, - строго сказала она.
— Э-э-э… Про неё нам не говорили, - мальчик растерянно посмотрел на Гайса.
— Нам с неё начинали. Запомните главное: эту позу можно использовать только в Офисе и перед Бетами! В нашем случае – просто демонстрация твоего полного подчинения. Разденься! – Босат снова покосился на приятеля, но снял одежду и стянул трусы, прикрывая рукой торчащую… штуковину. – Встань на колени! Ноги шире, отставь попку! Попку выше! Немного наклонись вперёд и открой рот! Руки за спину!
Никогда Гайс не слышал от мамы таких приказных интонаций. И смотрел на происходящее с некоторым испугом. Только недавно он удивлялся, как бесцеремонно Владелицы обращались со своими Прикасаемыми, а оказалось, что подобное – совершенно нормально и даже существует определённый ритуал! Что ещё больше удивляло – это всё почему-то скрывалось! То есть, о таких отношениях все знали, даже он, только… Что только? Не понимал, что они обязательные? Или, что настолько всеобщие? Делать странные или неприятные вещи, потому что все так делают… Но делать тоже самое, потому что тебя заставляют… Это совершенно другое!
— Основная обязанность Прикасаемого – быть покорным своей Владелице не в ожидании благодарности или награды, - медленно проговорила мама, склонившись к самому лицу мальчика. Но сейчас он не смотрел в покачивающиеся у самого носа груди. Он смотрел именно в глаза Омиты. – Он желает сделать ей приятно и доставить наслаждение, ничего не получая взамен. Лишь тогда он сам будет счастлив. Это счастье невидимо и неуловимо… как запах. Но наполняет грудь теплом и туманит мозг…
Мама выпрямилась, чуть подтянув платье. Выпуклый холмик лобка просвечивал через тонкие трусики, и мальчик глубоко вдохнул соблазнительный аромат… И ещё… ещё…
— Ты будешь стоять в этой позе… Голый, доступный, с открытыми дырочками… Желая получить от меня наслаждение или страдание… Что я пожелаю тебе дать… - она делала паузу после каждой фразы. – Что тебе больше хочется?
Радикальный метод