делаешь правильно, но заметят любую твою ошибку и строго накажут! – Омита видела, что её слова не воспринимаются. – И наказания будут очень болезненными!
— Болезненными? – Босат оторвал взгляд от её груди. – Розовая говорила о наказаниях…
— На занятиях вас будут приучать к боли и унижениям. Это будет что-то вроде… гимнастических упражнений. Иногда порка, но её чаще используют для сексуальной стимуляции.
— У нас есть уроки гимнастики, - Босат неловко усмехнулся. – Некоторые упражнения были очень… болезненными. Но… В каком смысле – приучать к боли?
— Ничего такого, что вы не сможете выдержать, - она постаралась добавить в голос убедительности. – Каждый Омега, которому предстоит работать с Чародейками, проходит такую подготовку. Дело в том, что они ревностно относятся к некоторым вещам и могут проявлять свою силу… внезапно. Чтобы избежать таких случаев, необходимо вести себя определённым образом. Могу по себе сказать, что ни разу не столкнулась с конфликтами или… с экстремальным поведение со стороны… Розовых.
Омита подбирала слова очень осторожно, боясь выдать те мысли, которые приходили ей в голову за несколько лет работы.
— Конфликты? Нам сказали, мы теперь не должны сами… - Гайс думал, как перейти к тому, ради чего он и притащил сюда приятеля.
— Совершенно верно. Если вы что-то сделаете неправильно и начнётся конфронтация, могут… Может очень плохо закончиться для обеих сторон, - женщина надеялась, что они пришли не просто поговорить, и решила сменить тему. – Именно поэтому, такое внимание уделяется вашей сексуальной… удовлетворённости. Чтобы ваши гормоны не принуждали вас совершать… опрометчивые поступки.
— Моя мама прекрасно с этим справляется! – Гайс моментально отреагировал на появившуюся возможность. – Она не просто очень красивая…
— Да, твоя мама… восхитительная! Извините, Омита-тина, - Босат осёкся и опустил взгляд. – Я знаю, что постыдно проявлять такой интерес…
— Его постыдно проявлять при посторонних, - женщина ободряюще улыбнулась и покосилась на сына. Тот опустил подбородок, и она продолжила. – Зрелой супруге, вроде меня, очень приятно, когда мальчики признают во мне Милфу.
— Ох! – Босат растерялся, услышав такое слово. – Я совсем не хотел…
— Ты не хотел? – Омита показала лёгкую обиду на лице. – Ты не считаешь меня настолько привлекательной? Или не хочешь признать этого?
— Я… Я не-е-е…
Гайс решил прийти ему на помощь.
— Мы с тобой уже достаточно взрослые, - спокойно произнёс он, ощущая себя опытным мужчиной. – И мама хорошо знает, что именно нас интересует. Я уже приходил к ней, и она предлагала свои ротик и попку…
— И попку! – сдавленно выдохнул Босат. – О-о-о!
— В чём дело? – Омита изобразила удивление, покачнув упругими грудями. – Твоя мама не предлагала тебе попку?
— Н-н-нет… Только ротик… Чтобы я излился…
— Я не хочу осуждать твою маму, но мальчику необходимо не только излиться, - поучающе проговорила она. – Ты должен получать полное удовлетворение и успокоение. Это очень важно!
— Мама, ты не откажешься… - сын многозначительно посмотрел на неё. – Показать Босату, как… делала со мной?
Он не хочет признавать перед ним их отношения? Омита даже не задумалась о причине.
— Я не должна оставлять мальчика в таком состоянии, - задумчиво произнесла женщина. – Меня тревожит, как ты к этому отнесёшься. Нам говорили, что некоторые сыновья ревниво относятся, когда их мама отдаётся... другому.
Увлечённый своим планом, об этом он не подумал! То есть, поделиться вчерашней мамой ему было бы не жалко, но мама сегодняшняя… Которую ещё сам не попробовал… С другой стороны, Босат будет настолько увлечён ею, что он сможет воспользоваться им. Эрайна говорила, что уже
Вечер с сестрой.