себя в руки и вернуться за стол. Я мельком глянула на папу — к моему удивлению, он тоже бросил ободряющий взгляд, что тоже тронуло. Никогда бы не подумала, но сейчас я правда рада, что родители здесь.
Несмотря на стресс и стыд, аппетит внезапно вернулся — я без труда доела тарелку, хотя еда уже остыла. Когда мама принесла десерт, я умяла свой кусок раньше всех и съела ещё один, прежде чем наконец наелась. В этот момент зазвонил мобильник Эмили.
— Ты не можешь выключить его за столом? — отчитала мама Эмили. — Не все ещё закончили.
— Простите, матушка, — саркастически отозвалась Эмили, доставая телефон. — Но я важная персона, и иногда во время ужина случаются важные дела.
Эмили ответила и, поговорив несколько секунд, я заметила, как по лицу пробежало разочарование — словно ей сообщили: что-то пошло не так.
— Очень жаль, — сказала она в трубку. — Что ж, придётся действовать по плану Си-Джей. Да, займитесь сейчас же. Спасибо. — Она повесила трубку, и я не могла не заметить холодный взгляд, брошенный на Терри и Лизу, прежде чем обратиться к маме: — Видите: звонок короткий, а информация важная. Надеюсь, вы довольны.
Чёрт, у меня чувство, что эта информация могла касаться моего разговора с Лизой в коридоре, — по крайней мере, тот взгляд на неё намекает. Господи, как бы мне хотелось предупредить Лизу, что у неё большие неприятности, — но если я это сделаю, у меня самой их будет больше (если уже нет), да и вряд ли это что-то изменит.
Когда все поели, Терри объявила, что им с Лизой пора. Сказала, что у них другие планы, но они рады были прийти, и поблагодарила меня и родителей за приглашение.
— Очень познавательно, Аманда, — сказала мне Лиза с понимающей улыбкой. — Ты правда открыла мне глаза на то, что ты собой представляешь.
— Я просто не хотела, чтобы ты волновалась, когда не о чем, — сказала я, надеясь, что она, может, поверит.
— Ага, — притворно поверила она. — Проводи-ка нас, и по дороге объяснишь ещё кое-что, чтобы у меня сложилось полное понимание.
— Хорошая мысль, Аманда, — к моему удивлению согласилась Эмили. — Проводи их, чтобы убедиться: они поняли.
— Ладно, — покорно ответила я и заставила себя встать перед всеми, намеренно избегая их взглядов.
— У тебя крошки от пирога на животике, Эми, — прокомментировала Си-Джей, быстро смахивая их тыльной стороной ладони. — О, и здесь тоже есть, — она провела рукой по моим голым половым губам, на которых никаких крошек не было. — Готово.
Я услышала, как Эшли попыталась сдержать смешок, и почувствовала, как кожа снова залилась краской. Несмотря на это, я проводила Терри и Лизу из столовой к входной двери.
— Лиза, пожалуйста, поверь: меня никто не заставляет, — умоляла я у двери. — Это мой выбор, а ты его усложняешь.
— Ты хочешь сказать: усложняешь им, — вмешалась Терри. — Господи Иисусе, Аманда, не верится: какая наглость у этих двоих — что они с тобой делают.
— Они ничего со мной не делают, — отчаяннее взмолилась я. — Разве что помогают.
— Например, смахивают невидимые крошки с твоей киски? — жёстко заметила Лиза. — Наверное, по-христиански правильный поступок.
Чёрт, они совсем не верят. Как бы мне подать им знак, что они могут угодить в засаду, — но я понятия не имею как, не выдав себя. Господи, в этом доме наверняка повсюду камеры — и заснимут мой знак. Как же я люблю их за то, что они
Невиданный клев