— Имеем представление, — самодовольно ответила Эмили. — Мы с ней немало времени провели.
— Так будьте любезны — расскажите! — резко потребовал он. — Мы — её семья. Она часто так — голая?
— Ну, можно сказать, да. В машине сюда ехала голая, от улицы до лифта шла голая.
Никогда не забуду лица родных, когда Эмили это спокойно произнесла. Они сперва не поверили — пока не глянули на меня и поняли: правда.
— Ещё днём в институте ей пришлось вырезать себя из одежды и бежать голой по коридору в раздевалку, — добавила Си-Джей. — Приклеилась к стулу, другого выхода не придумала.
— Это только сегодня, — вновь заговорила Эмили. — А вчера ночью ходила в ночной клуб голая и со многими танцевала, в том числе и соло на сцене. Надо было видеть.
— Аманда, это правда? — спросил отец, не желая верить. Я молчала, Эмили продолжала.
— Вчера в институте — пожарная тревога, одежда стала невыносима, пришлось снять в туалете и бежать на улицу голой; пряталась в блиндаже. А в понедельник ночью голая ходила к почтовому ящику — отправляла мою открытку брату на день рождения. Ему сегодня исполнилось десять, и он её получил. Спасибо, Аманда.
— Хватит! — взмахнул руками отец. — Аманда, не знаю, что происходит, но ты наказана и едешь домой. Надевай пиджак!
— Не могу, пап! — взмолилась я. — Будет больно, и я снова сниму!
— Аманда Грейс Джонсон, прекрати этот бред! Никогда о таком не слышал, и ты испытываешь моё терпение. Я не допущу, чтобы пошли слухи, что моя дочь ведёт себя как шлюха!
— Я не шлюха! — выкрикнула я в ярости. — Это не мой выбор, я застряла в этом — и не без твоей помощи!
— Что это значит?! — потребовал он.
— Значит, это не в её власти, — вмешалась Си-Джей, приблизившись. — Ей приходится, иначе случается плохое. Правда, малышка?
Ярость захлестнула — и рыдания усилились. Вечно я плачу от злости — и ненавижу это, но сейчас опять.
Мама обняла меня; сначала я отстранялась, но через секунду сдалась и разрыдалась на её плече, пока она гладила мне спину. Никогда не думала, что буду обнимать маму голой, — но обстоятельства дикие. Должна признать — успокаивает.
— Я по-прежнему жду ответов! — потребовал отец.
— Тогда садитесь на диван, все, — объявила Эмили. — Сейчас и поговорим. У Аманды грядёт проект, и нам нужно ваше содействие.
— Какой проект?
— Увидите, когда успокоитесь и сядете. Обещаю: это изменит вашу жизнь.
— Откуда вы знаете про интернет? — спросила мама, всё ещё обнимая меня.
— Это мы ответили на ваше сообщение, — сказала Эмили. — Спасибо, что указали нам на дочь. Иначе мы бы её не нашли.
— Так вы — Люси и Этель?! Девушки, с которыми я переписывалась?
— О Боже, — выдохнула мама, сжав объятия. — Чует моё сердце, вы — не те ангелы, за кого я вас приняла.
— А мы считаем, это Бог привёл нас к Аманде, — с ухмылкой ответила Эмили. — А теперь садитесь — и вы, и наша девочка, — и мы расскажем вам о новой жизни вашей дочери.
— Никуда я не сяду, пока дочь не прикроется! — разъярённо бросил отец. — Я не знаю, кто вы такие, но в ваши игры я не играю!
Мой брат Санька ( 2 часть)