не следовало этого говорить. Моя реинтеграция в племя была... не очень успешной. Твоя мать очень старалась, чтобы я почувствовал себя причастным, но ее усилия возымели прямо противоположный эффект.
Каллисто разжал кулаки. Если бы Нима был примерно его возраста, он бы ударил кентавра прямо в лицо. Он действительно мог видеть, как вокруг рта старейшины образовались морщинки страдания. - Что ты имеешь в виду?
Нима удивленно поднял брови. - Нет, я не думаю, что ты знаешь, не так ли? Не обращай на меня внимания. Когда люди стареют, они иногда разговаривают вслух. Возможно, это признак старческого маразма. Что касается меня, то это потому, что я не всегда уверен, что вернулся в это жалкое место.
— Жалкое? - Каллисто нахмурился, еще больше смутившись, чем когда-либо.
Нима постучал Каллисто посохом по голове, а затем кивнул в сторону леса. - Давай пройдемся и поговорим. У меня болят суставы, когда я слишком долго стою вот так.
Каллисто подчинился, и они вдвоем пошли по едва заметной тропинке. Он решил, что если Нима пытается заманить его в ловушку, чтобы расправиться с ним, то у него будет преимущество в побеге. Кроме того, все это время он изучал душу Нимы. Кентавр был пугающе честен, когда говорил.
— С чего начать, с чего начать... Давайте начнем с того, почему я считаю это место ужасным. - Он остановился, чтобы дотронуться до листа, который свисал прямо над тропинкой, а затем перевернул его, чтобы показать гусеницу. - Тебе нужен короткий ответ или гораздо более длинный?
— Как тебе больше нравится, старейшина. Я горю желанием учиться.
С удивительной быстротой Нима ударил Каллисто своей палкой по голени. - Вот так, - сказал он, ткнув узловатым пальцем в направлении Каллисто. - Что это был за ответ?
— Эм... - Каллисто потряс копытом, пытаясь унять боль. - Это то, что мы должны были сказать.
— Хорошо. - кивнул Нима. - Я старше тебя на десятки лет, а значит, и старше тебя по возрасту. Я обладаю неразделенной мудростью, семенами, которые нужно посеять в молодых умах, чтобы они выросли в деревья опыта. Ты должен ценить мои знания, это правда. Но твоя реакция - культурная, Каллисто. Она порождена повторением и воспитанием. Я не говорю, что это неправильно. Однако...
— Ты вернулся в общество, нормы которого тебе больше не дороги, - закончил Каллисто. - Хотя ты и кентавр телом, твой культурный опыт был совершенно иным. Теперь, когда ты вернулся, ты - чужак.
Нима тут же шлепнул Каллисто по другой голени.
— Ой! - Молодой кентавр на мгновение захромал, потому что боль не утихала. - Зачем это было? Я был неправ?
— Ты помешал. - ухмыльнулся Нима. - Но ты действительно прав. Я возвращаюсь в места своей юности, к людям, которые застыли во времени, в то время как я прожил очень долгую жизнь, вероятно, дольше, чем любой кентавр. Хотя я не нахожу здешних людей достойными порицания, я больше не нахожу их знакомыми. Усилия твоей матери по моей реинтеграции в племя только усилили мой дискомфорт.
— Ты сказал ей об этом?
Нима кивнул. - Она считает, что мои протесты вызваны травмой, и что я изо всех сил стараюсь жить среди вас. Это лишь часть правды. Я скучаю по своей жизни в Царстве фейри. - Кентавр сделал паузу и своим посохом мягко закрыл открытый рот Каллисто. - Туда залетит жук.
— Ты... скучаешь по этому?
Нима кивнул, и его глаза погрузились в далекие воспоминания. - Когда нас похитили, фейри обращались с нами как с собственностью, быстро разделив нас между членами своей семьи. Социальная структура
Глава семьи (часть 3)