видела, что вчера случилось с Дианой, поэтому ей было ужасно стыдно и немного страшно. Но при этом она текла так, как не текла уже давно.
Как и вчера, сегодня Барбос начал с «прелюдии». Около минуты он жёстко вылизывал девушке пизду, принуждая ту извиваться и попискивать от грубой ласки.
Катя судорожно вздрагивала всем телом, её бёдра мелко тряслись, а колени разъезжались по траве. Жёсткий шершавый язык Барбоса грубо прошёлся по её разбухшим половым губам, сильно надавливая на клитор и забираясь глубже, вылизывая обильные соки, которые уже ручьём стекали по её бёдрам. Каждый раз, когда он касался чувствительной точки, девушка невольно дёргалась вперёд. Её киска сокращалась, выбрасывая новые порции прозрачной влаги, а низ живота наполнился горячим, тянущим удовольствием.
Стыд жёг лицо и грудь, слёзы текли по щекам, но тело предательски выгибалось, подставляя пизду под шершавый язык.
«Какой позор! Все смотрят... а я снова теку как последняя сука», — крутилось в голове.
Когда прелюдия псу надоела, он запрыгнул на Катю сзади, тяжело навалившись всей массой.
— Нет... пожалуйста... Я не могу, — шептала она сквозь слёзы, но голос предательски дрожал.
Кобель яростно тыкался горячим мокрым членом между её ног и наконец попал. Толстый красный хуй одним мощным толчком вошёл глубоко в её текущую пизду. Катя громко вскрикнула — смесь боли, унижения и резкого, животного удовольствия.
— Ааааах! Он... слишком большой... Горячооо...
Пёс начал долбить её быстрыми короткими, совершенно нечеловеческими толчками. Каждый раз его член входил почти до самого узла, кончик бился в шейку матки, а горячая пульсация внутри сводила Катю с ума. Её киска обильно текла, обволакивая собачий хуй, и стыд от этого был просто невыносимым.
Диана стояла в нескольких метрах и с интересом наблюдала. Её глаза блестели.
Мужики смеялись, дроча свои члены и комментируя:
— Смотри, как наша вторая сучка принимает кобеля! Скромная, а течёт так же точно, как и её потаскуха-подружка!
Услышав эти комментарии, Катя невольно начала стонать громче. Стыд жёг щёки, но тело предавало её — она рефлекторно прогнула спину, оттопырив зад, и тут же вспомнила, что вчера Диана сделала точно так же.
«Вот она – блядская женская натура», – подумала Катя.
Чувство безысходности, страшного унижения и животного удовольствия заполнило сознание девушки.
Диана больше не могла безучастно наблюдать. Она села на траву сбоку от Кати, чтобы вблизи наблюдать, как собачий хер яростно входит в пиздёнку её подруги. Рядом с этой парочкой ощущался крепкий запах псятины и текущей пизды. Да и быстрые шлепки мохнатого живота по женской попке тоже были лучше слышны.
Раздвинув ноги, Диана принялась надрачивать промежность, даря себе и окружающим массу удовольствия. Она тяжело дышала, её пальцы быстро и жадно тёрли мокрую, набухшую щель. Вид того, как толстый красный собачий хуй мощно долбит Катину пизду, вызывал у неё прилив первобытной похоти. Киска Дианы хлюпала, обильно смазываясь, а клитор пульсировал под пальцами так сильно, что ноги сами собой раздвигались шире. Горячая волна возбуждения разливалась по низу живота, соски стояли торчком, а в голове шумело от смеси возбуждения и лёгкой зависти.
«Блять, как она красиво принимает... Как настоящая сука», — думала Диана, не отрывая глаз от того, как узел кобеля начал раздуваться.
Чем громче стонала Катя, тем быстрее двигалась рука Дианы. Она уже почти кончала от этой жуткой смеси – своей текущей пизды, собачьего запаха и вида дрожащей на члене подруги.
Именно в этот момент кобель полностью загнал свой узел в Катю и начал интенсивно её заливать горячей спермой, радостно при этом поскуливая.
Девушка завыла в голос — густые, обжигающе горячие струи ударили прямо в матку, наполняя её изнутри мощными толчками. Узел
Сделай мне так, чтоб было больно