подкосились, она упала лицом в траву, задрав попку ещё выше. Кобель продолжал яростно трахать её, загоняя свой узел всё глубже. От переизбытка чувств и ощущений шлюха начала рвать зубами траву и пыталась даже жевать её, но это у неё не получалось из-за бешеного темпа толчков.
Узел наконец вошёл полностью, намертво скрепляя кобеля и суку. Диана почувствовала, как пёс начал заливать её огромным количеством горячей спермы. Заполненная матка немного раздула живот. Она кончила в очередной раз — ещё сильнее, рыдая и дрожа всем телом от переизбытка ощущений и жгучего стыда. Её лицо было лилово-красным, залитым слезами и слюнями с кусочками травы, всклокоченные волосы прилипли ко вспотевшему лбу и заслоняли глаза.
Кобель остался в ней на несколько долгих минут, тяжело дыша и иногда дёргаясь. Диана лежала под ним, грязная, использованная, с огромным собачьим узлом внутри своей пизды, и тихо всхлипывала. Мышцы влагалища сжимались и разжимались в быстром темпе, пытаясь выдавить из Барбоса как можно больше спермы.
Катю никто силком не принуждал наблюдать за происходящим. Но и просто так оторвать взгляд от творившегося блядства она тоже не могла.
Сначала на её лице был чистый шок и отвращение. Глаза широко распахнуты, рот приоткрыт. Она видела, как огромный кобель запрыгнул на Диану, как его тяжёлая лохматая туша накрыла её подругу, как красный блестящий чудовищно большой член пса яростно тыкался между Дианиных ног, пока не вошёл.
— Нет... Диана... — тихо, почти беззвучно прошептала Катя, когда пёс начал долбить её подругу быстрыми короткими толчками.
Но уже через несколько секунд Катя почувствовала, как предательская теплота разливается внизу живота. Её киска, уже вяло реагировавшая на визуальные образы в последние дни, внезапно стала совершенно мокрой. Она ощутила, как горячая струйка стекла по внутренней стороне бедра.
«Это же... собака... Это извращение, это неправильно!» — крутилось у неё в голове, но тело реагировало иначе. Соски мгновенно затвердели, грудь тяжело поднялась. Катя сжала бёдра, пытаясь унять нарастающий зуд в клиторе, но это только усилило ощущение.
Когда Диана громко застонала и начала сама выпячивать задницу навстречу собачьему члену, Катя почувствовала острый укол стыда за подругу и... странную зависть. Она видела, как лицо Дианы искажается от удовольствия, как её глаза закатываются, как она кричит:
— Я кончаю... от собаки... Ооох, бляяядь!
В этот момент Катя громко всхлипнула. Её собственная киска сильно сжалась, из неё вытекло ещё больше соков. Она стояла, беспомощно переминаясь с ноги на ногу, чувствуя, как клитор набух и пульсирует. Ей было невыносимо стыдно за свою реакцию.
«Я возбуждаюсь... Я возбуждаюсь, глядя, как мою подругу ебёт пёс... Что со мной не так?»
Когда кобель наконец загнал свой огромный узел в Диану и начал заливать её спермой, а Диана забилась в мощном оргазме, крича и брызгая, Катя не выдержала. Тихий, дрожащий стон вырвался из её горла. Она кончила стоя — без единого прикосновения. Её киска ритмично сокращалась, ноги дрожали, колени подгибались. Слёзы текли по щекам — смесь стыда, возбуждения, жалости к Диане и к себе.
****
Представление очень понравилось всем мужикам. На следующий день они решили провернуть тот же фокус, но уже с Катей. Все уже давно заметили, что Диана – прирождённая шлюха, которая легко заводится и эффектно бьётся в оргазмах. Наблюдать за ней весело, но часто всё довольно однообразно.
Другое дело Катя. Хотя за время знакомства с Дианой она и успела превратиться в откровенную блядь, всё же была чуть более скромной. Некоторые ситуации смущали её чуть больше. И наблюдать за её постыдными оргазмами было по-своему забавно.
Сейчас Катя стояла на четвереньках посреди двора, дрожа всем телом. Она прекрасно
Тайные записки 1836-1837 годов. Отрывки.