– В любом случае, после Петро уже не будет смысла ее туда трахать. Так что гуляй вовсю! – улыбнулся Владимир, допивая свой виски.
– Вы бы тоже поигрались... Пока она еще... Целая.
– Работайте, пацаны. Вы же сами знаете, чего я жду, – потянувшись к прикроватной тумбочке, старший налил себе еще виски. – Ты, Костян, ведь еще не был на наших... Вечеринках?
– Первый раз, Владимир Викторович...
– Ну вот, узнаешь, как мы веселимся. Ты, должно быть, удивился, что мы, на пятерых, только одну девочку зовем. И почему я... Скажем так. в черном списке у всех крупных агентств на рынке.
– Я... Я думал, что вам нравится...
– Что нравится?
– Ну... Ломать. Женщин.
– Значит, наслышан. Хорошо. Вот поэтому я и жду. А вы для меня ее и приготовите. Сломанную женщину.
Самостоятельно растягивая себе челюстные мышцы, я тревожно задумалась, насколько буквальный смысл он вкладывает в это предложение. Как именно они меня сломают? Физически? Морально? И я даже не знала, что из этого хуже.
Озвучив желание передохнуть очередным звонким шлепком по моей попе, Толя вышел из меня, напоследок запихнув в киску три пальца, схватив меня изнутри, больно рванул, заставив сняться с члена Петра.
– А что ты сосать перестала? – насмешливо кинул он. – А ну-ка вернись.
Я подалась было вперед, но он снова грубо одернул меня... Интересно, он знаком с женской анатомией? Он вообще понимает, как опасны его действия? Для меня... Если им не все равно, конечно... Я снова подалась вперед и, сопротивляясь его уже ослабленному воздействию, вернула толстенный прибор в ротик.
Костя крепко схватил меня за бедра и, примерившись, резко вошел в меня на всю глубину, заставив даже зажмуриться и вскрикнуть. Успев привыкнуть, что вагинальный секс уже не должен приносить боли, я от неожиданности запаниковала, выпустив член Петра, обернувшись.
– Я же сказал, сузится, – подмигнув мне, улыбнулся Костя.
– После меня уже не сузится, – мрачно произнес Петр. – Эй, как там тебя?
– Надя, – напомнил Владимир.
– Надя, ты замужем?
Я покосилась на свою кисть, отчаянно сжимавшую одеяло. Да, я и правда забыла снять кольцо. Опять.
– Твой муж заметит, – не дождавшись ответа, медленно проговорил Петр. – Ты отсюда прежней уже не выйдешь.
– Муж в курсе, Надя? – подполз к нам ближе Владимир, заглядывая мне в глаза.
– Нет... – тихо, так, что сама себя едва услышала, сказал я.
– Нужно быть полным ебланом, чтобы не знать, что твоя жена работает шлюхой, – засмеялся Толя.
– Омар сказал, что у Нади был только один вызов. Это правда, Надя?
– Правда... – я начала задыхаться от активно долбящего в самые глубины моей киски члена. – Я... Я...
– Бля, лучше займи рот тем, для чего он тебе на самом деле нужен, – отвесил мне подзатыльник Толя.
Испугавшись распалять и без того распаленных мужчин, я послушно обхватила головку Петра в третий раз и решила брать этого богатыря тщательными ласками, а не попытками пропихнуть эту дубину поглубже. Задвигав головой, я принялась обрабатывать мягкую упругость под разными углами, лаская язычком уздечку, боковинки и маленькую дырочку уретры, довольно ощущая слабую пульсацию, доходившую до меня от основания его мощного ствола. Я правда старалась сосредоточиться, но мощные острые уколы сзади не позволяли мне этого из-за грубости, давления, боли... И да, пора бы уже признаться себе, наслаждения. Мужчина сзади делал достаточно пугающие вещи, по ощущениям будто растягивая меня вглубь анатомически, но я ничего не могла с собой поделать, волна за волной, порыв за порывом, мне это нравилось... И хоть я старалась не думать о
Клизма для Артемки