Он поднял глаза от телефона. В голосе жены появилась та самая нотка — деловая, чуть ироничная, но абсолютно серьёзная.
— Я слушаю, Наташ.
— Мы подписали декларацию о нашем браке, — начала она. — Но в ней почти ничего нет о быте. О повседневности. А повседневность — это самое важное. Я хочу, чтобы наш дом отражал наши роли.
Андрей почувствовал знакомое волнение. Он знал, что Наташа никогда не предлагает просто так.
— Что ты имеешь в виду?
Она откинулась на спинку стула, скрестила руки на груди и посмотрела на него с лёгкой улыбкой.
— Я хочу, чтобы ты выполнял всю домашнюю работу. Уборку, готовку, посуду, стирку. Всё. Полностью. Ты ведь согласился, что я занимаю доминирующую позицию в отношениях. Так пусть это будет не только в спальне. Пусть это будет везде.
Андрей замер на мгновение, но не от испуга. Он чувствовал, как внутри разливается тёплая волна — предвкушение.
— Всё? — переспросил он.
— Всё, — подтвердила Наташа. — И особенно стирку моего белья. Того, в котором я хожу на встречи. И, которое возвращается... испачканным. Ты будешь стирать его руками. И ты будешь знать, что это следы других мужчин. Я хочу, чтобы ты это делал. С уважением. Без отвращения.
Андрей сглотнул. Его дыхание участилось.
— Я буду, — сказал он хрипло. — Я хочу.
Наташа улыбнулась — той самой улыбкой, от которой у него подкашивались колени.
— Я знала, что ты согласишься. Но это не всё.
Она встала, подошла к нему и села ему на колени.
— Когда я возвращаюсь домой — особенно после встреч с другими, — ты будешь встречать меня у порога. Снимать с меня обувь. Целовать мои ноги. Это будет твой ритуал поклонения. Ты будешь показывать, что я — хозяйка дома. Что ты — мой муж, мой слуга, мой преданный рыцарь. Ты согласен?
Андрей смотрел на неё снизу вверх, и в глазах его стояло обожание.
— Согласен, — прошептал он. — Наташ, я... я хочу этого больше всего на свете. Позволяй мне служить тебе. Это моё счастье.
Она поцеловала его в лоб и встала.
— Тогда с сегодняшнего дня начинаем. Сегодня вечером я иду к Максиму. Вернусь около одиннадцати. Ты приготовишь ужин, уберёшь в квартире, выстираешь моё бельё— то, что я оставлю в корзине. А потом встретишь меня у двери. Готов?
— Готов, — выдохнул он.
Наташа ушла к Максиму в семь вечера. Она надела короткое красное платье, чулки и туфли на высоком каблуке. Андрей стоял в прихожей и провожал её взглядом.
— Ты такая красивая, — сказал он.
— Я знаю, — ответила она с улыбкой. — Вернусь поздно. Не жди. Займись домом.
— Я всё сделаю, — кивнул Андрей.
Дверь закрылась, и он остался один в тихой квартире.
Он начал с уборки. Тщательно прошёлся пылесосом по всем комнатам, протёр пыль на полках, вымыл полы на кухне. Потом приготовил ужин — сложное блюдо с курицей и овощами, которое Наташа любила. Он поставил его в холодильник, чтобы она могла разогреть, если захочет.
Потом настал черёд стирки.
Он зашёл в ванную и открыл корзину для белья, которую Наташа специально оставила. Там лежало несколько комплектов кружевного белья. Андрей взял их в руки. Тонкие ткани — шёлк, кружево, прозрачный тюль. На одном из комплектов он заметил пятна — засохшие, беловатые, явно не его. Это была сперма Максима. Или кого-то ещё.
Андрей не почувствовал отвращения. Наоборот, его охватило странное возбуждение. Он медленно, почти благоговейно, опустил бельё
мой любовник 2