Договорившись с заведующей библиотекой и подмазав нужных людей в институтском управлении, он добился того, чтобы прежнюю сотрудницу, пожилую и больную пенсионерку Тамару, отправили на заслуженный отдых, а на её место взяли его жену. Библиотека, по мнению Фёдора Валерьевича, была идеальным местом для его супруги. Здесь царила тишина, сюда редко заглядывали студенты, и уж точно не те, кто мог бы представлять угрозу. В основном сюда приходили преподаватели, такие же скучные и погружённые в свои диссертации люди, как он сам, да редкие ботаны, которые сутками сидели над учебниками, не поднимая головы. Они уж точно не положат глаз на его сокровище. Фёдор Валерьевич был сложным человеком, он везде видел скрытую угрозу, подозревал заговоры и старался срабатывать на опережение. Лучшая защита, как он считал, это нападение. Или, по крайней мере, полная изоляция того, что тебе дорого.
Вот и сейчас, увидев рядом с женой незнакомого молодого человека с наглым взглядом и чёрными как смоль волосами, он промолчал. Он не стал устраивать сцену прилюдно. Внешне он остался спокоен, но в глубине души, в самом тёмном её уголке, он уже запомнил каждую чёрточку этого лица, каждую деталь внешности, чтобы потом, при случае, нанести удар. Он затаил злобу и обиду, как делал это всегда. Он чувствовал, что этот парень опасен. Он видел в его глазах тот самый блеск, который так часто видел у молодых кобелей, кружащих вокруг его жены. Но наш Саша был не прост. Он не привык так легко сдаваться, а Оксана, погружённая в свои книги и каталоги, даже не подозревала, что вокруг неё начинают сгущаться тучи. Она видела лишь вежливого, раскаявшегося студента, который принёс ей извинения и конфеты, и не замечала хищного огня, горевшего в его глазах.
Жили Оксана и Фёдор Валерьевич просто, даже аскетично, как и подобает сотрудникам института. Их квартира, состоявшая из двух комнат, находилась в старом ведомственном доме рядом с учебным корпусом. Мебель была старой, доставшейся ещё от родителей Фёдора, обои выцвели, а на кухне вечно пахло варёной капустой и подгоревшим супом. Раз в год они по путевке от профсоюза ездили в санаторий, где Фёдор Валерьевич лечил печень, а Оксана ходила на процедуры, глядя на море с тоской в глазах. Всё как у всех сотрудников. Их личная жизнь была тоже классической, если можно так выразиться. Секс случался несколько раз в неделю, строго по расписанию, по вторникам и пятницам, только после одиннадцати вечера, обязательно под одеялом и с презервативом. Фёдор Валерьевич категорически не хотел детей. Это была его тёмная тайна. Странно, но он боялся, что с появлением ребенка всё внимание Оксаны перейдёт на маленькое, пищащее существо, и ему, Фёдору, ничего не достанется. Ни её заботы, ни её времени, ни её тихой, покорной любви. Он был эгоистом до мозга костей. Был ли он осознанно эгоистом? Конечно, он был самым настоящим проявлением эгоизма и цинизма, хотя сам считал это заботой о себе и о своём спокойствии. Сломанный в детстве Фёдор Валерьевич творил что хотел в своём маленьком царстве. Его царством была эта квартира, библиотека, где работала жена, и аудитория, где он сидел за кафедрой. В этом царстве жертвами были Оксана, вынужденная терпеть его придирки, и случайные студенты, попавшие под его горячую руку.
Саша шёл на пары, чувствуя себя разбитым. Очередная девушка, новое место ночёвки в тесной комнатке общежития, опустошённые яйца и больная, гудевшая голова. И так случилось, что именно сегодня, когда Саша был в плохом расположении духа, когда его голова трещала от недосыпа, они встретились
Инструктор...