несколько долгих, как вечность, секунд, прежде чем его пальцы разжались. Член Фарида пульсировал между сжатых губок Инночкиного ротика, она ласкала его крупные яица своей маленькой ладошкой стараясь выдоить как можно больше спермы! Инночка продолжала искоса смотреть на меня, только теперь ее взгляд затуманился, ресницы задрожали: она кончала. Кончала, пока Фарид сливал свою сперму ей в желудок.
Инночка медленно отстранилась и откинулась на спину, тяжело дыша провела тыльной стороной ладони по припухшим, блестящим губкам, собирая с подбородка то, что не успела проглотить — белую, густую каплю. Она шумно сглотнула и устало улыбнулась, всё ещё не открывая глаз.
Инночка раскинула ножки, полностью открывая свой влажный, бутон. Она лежала на спине. Розовый пеньюарчик раскрылся обнажая ее плоский животик, и ее маленькие грудки торчащими в верх сосками. Сквозь мокрые трусики виднелся гладко выбритый лобок, она текла. Вся мокрая, вся открытая.. Инночка закинула голову назад, её волосы растрепались по простыне, а губы приоткрылись в беззвучном стоне. Её ноги раздвинулись сами собой, как будто приглашая его ближе. пальцы Фарида достигли её промежности, и её бёдра приподнялись, как будто она жаждала его прикосновений.
Он провёл рукой между ее ножек, отодвинул в сторону ее мокрые трусики, Фарид тут же навис над ней сверху. Его тяжелые ладони уперлись в кровать по обе стороны от её головы. Потом навалился на ее беленький животик своим мохнатым темным телом, резко раздвинул ножки и с выдохом наслаждения лег между ними. Пoдняв ее нoжки ввeрх, oн их рaзвeл нaстoлькo ширoкo, нaскoлькo смoг, Каблуки туфель стали смотреть в верх и в сторону, и схвaтив зa ее щикoлoтки, прилoжил свoй хeр кo влaжнoму вхoду ее лoнa, она пустила руку между их ними телами и ухватилась за толстый член, приставив его к своему влагалищю. Он замер, — и начал входить. Сначала медленно, едва заметно. Головка его члена коснулась её входа, и я видел, как она вздрогнула— резко, всем телом, как напряглась, и как её пальцы вцепились в простынь. Он качнул тазом и вошёл чуть глубже, медленно, миллиметр за миллиметром, протискивая головку своего огромного члена в её лоно.
— Тише, — хрипел он. — Тише.
Инночка закусила губу, её тело выгнулось дугой, но она не издала ни звука — только тихий, сдавленный выдох.
— Терпи, — хрипел он. — Скоро будет хорошо.
Он вошёл ещё глубже, головка исчезла в её узкой плоти, её влагалище начало растягиваться, обтягивая его ствол, обтекая его, как перчатка.. И тогда я увидел то, от чего мое сердце пропустило удар. На животе Инночки, чуть ниже пупка, появился едва заметный бугорок. Это член Фарида давил изнутри, приподнимая матку, деформируя её тело под свою форму.
Инночка выдохнула с всхлипом, и я видел, как её тело начало двигаться ему навстречу,
— О, — простонала она. — Ооо...
— Что шлюха, нравиться? — спросил он, и его голос был грубым.
— Да, — прошептала она, и её голос сорвался. — Продолжай...
Он начал двигаться — медленно, глубоко, ритмично. Его бёдра двигались плавно, и я видел, как его массивный зад поднимался и опускался, как его член всё глубже проникает в неё, как его ягодицы напрягались при каждом толчке, как его спина, широкая и мощная, перекатывалась мышцами. Инночка лежала под ним, её тело было почти не видно под его огромной фигурой — только её стройные ножки, которые колыхались в такт его движениям. Она начала стонать сильнее. Сначала тихо, сдавленно, затем громче, всхлипывая от каждого толчка.
Он ускорился, вколачиваясь в неё —глубоко, мощно, и я слышал влажные, чавкающие звуки, и шлепки яиц по её
Пансион любви