Ашота исчезает в ее попке и появляется снова — блестящий, огромный, неестественно тёмный на фоне её белой кожи. Его мышцы бугрились от напряжения, пот блестел на смуглой коже, стекая по рельефным мускулам спины. Он двигал её бёдра вверх-вниз, насаживая на свой член снова и снова. Инночка больше не кричала — она выла, её голос сорвался в какой-то утробный, гортанный стон.
— Да! Да! Да! — закричала она. — Ещё! Я сейчас... я сейчас кончу!
— Я кончаю! — вдруг выкрикнула она, и её тело содрогнулось в мощном спазме. Я видел, как волны оргазма прокатываются по ней: бёдра задрожали, живот запульсировал, попка сжалось вокруг члена с такой силой, что Ашот зарычал.
Инночка кaйфoвaлa! Внe всякoгo сoмнeния, она лoвилa кaйф. Пока Ашот дрaл ее в жoпу держа ее на весу,
Ещё несколько резких, мощных толчков — и он замер. Его тело напряглось, мышцы на ягодицах свело судорогой. Из его груди вырвался низкий, утробный рык. Он кончал. Я видел, как его член пульсирует внутри попки Инночки, как основание ствола ритмично сокращается, выталкивая сперму глубоко в её попку. Это длилось долго — гораздо дольше, чем я мог себе представить. Ашот продолжал удерживать Инночку на весу, прижимая её к себе, пока его семя наполняло её, заполняло до краёв.
Когда спазмы наконец прекратились, он медленно, осторожно опустил её на кровать. Инночка упала на спину, её грудь тяжело вздымалась, лицо раскраснелось, волосы прилипли к вискам.
Инночка лежала с широко раздвинутыми ножками, Её попка была раскрыта, растянута, покрасневшее и припухшее колечко ануса после такого вторжения. И из него медленно, толчками вытекала белая, густая, жемчужная сперма. Она стекала по промежности, капала на покрывало, и её было так много, что, казалось, Ашот наполнил её до самого предела. Её тело ещё подрагивало в остаточных спазмах, и каждое сокращение выталкивало новую порцию спермы наружу.
Ашот лег рядом с ней, положил свою руку ей на грудь, и сжал сосок, Инночка застонала.
Инночка вздрогнула, её стоны были слабыми: — Ох... Ашотик... Ааа..., что это было?
Что тебя так не ебали? Ну так на вису?
Нет,
Понравилось?
— Это было... — начала Инночка и не закончила. У неё просто не было слов.
— что еще хочешь?, — рассмеялся Ашот.
Он наклонился к ее ушку и прохрипел:
— Мы с тобой еще не закончили! У нас все выходные впереди
— Ты такая горячая, так что мы покажем тебе, что такое настоящий секс
Я вернулся за стол.
И тут же из спальни раздалось — Отдохнула?. — Хорошо. А теперь продолжим.
"Ох, Ну, держись, шлюха!" Следом раздался её стон — громкий, полный наслаждения, который тут же перешел в ритмичные вскрики.
— Ааа... Ашотик... Дааа... — её стоны были громкими, почти отчаянными, пропитанными наслаждением, которое я никогда не слышал от нее с такой силой.
"Бля, . .. Щас кончу ! — Ашот почти рычал, его голос дрожал от напряжения. Я не услышал, ответила ли Инночка, или её стоны просто слились в один протяжный звук наслаждения. Звуки из спальни стали яростными, к нему добавилось его тяжелое дыхание, а потом — низкий, хриплый рык, от которого у меня мурашки побежали по спине.
Фарид вышел из ванной. Его тело было как у античной статуи — широкие плечи, мускулистые руки, рельефная спина, сужающаяся к узким бедрам. Ягодицы — крепкие, округлые — напрягались при каждом шаге. Но мой взгляд неизбежно скользнул ниже, туда, где между ног покачивался в такт движениям его член. Он покачивался при ходьбе — тяжелый, мясистый, с крупной багровой головкой и даже в расслабленном состоянии выглядел так, будто готов в любую секунду прийти
Игра в подкидного