насаживал мое горло. Боль была невыносимой... Я молился, чтобы это просто закончилось. Но мир не был ко мне добр.
Они менялись. Один выходил, другой входил. Я переставал различать лица. Переставал чувствовать что-либо, кроме боли. Глубокие толчки, разрывали мой рот, зад, на части, сменяющиеся на короткие мгновения, когда воздух попадал в легкие, и я мог вздохнуть, глотая слезы и кровь с разбитых губ. Они переворачивали меня... И снова трахали, я не мог кричать, мычать... Молился, чтобы быстрее, быстрее все закончилось... Я чувствовал, как их руки хватают мои бедра, приподнимая меня, так что я висел в воздухе. Они шлепали меня , больно, смачно, со вкусом, заставляя мое тело дергаться и вибрировать, и это движение заставляло их смеяться громче. Я был для них шлюхой. Игрушкой. Развлечением.
Когда был уже почти конец, когда из толпы меня трахнул почти каждый , я был уже где-то далеко. Мое сознание плавало, наблюдая за этим уродливым, жестоким танцем со стороны. Я видел свое тело , изломанное, измазанное в крови, изнасилованное , и не узнавал его. Это был не я.
И тут же меня вернули в реальность, я ощутил как темнокожий мужик кончил мне в рот. Я почувствовал горячую, соленую, густую струю, ударившую по моему языку, и, не имея другого выбора, проглотил. Комок встал в горле. Он просунул член ещё глубже, и кончил, прямо в глотку. Я почувствовал, как его семя обжигает мой пищевод, как я задыхаюсь, борюсь, кашляю, но он продолжал давить, вбиваясь в мое горло до самого основания. Другой кончил в мой зад, заполняя его обильно, своей горячей спермой, и вталкивая свой член, мне в дырку, по самые яйца. Предыдущие кончали на меня, на мое раненое тело, обливая меня спермой.
Когда все закончилось, меня бросили. Просто отпустили, и я упал на землю...Я лежал в их сперме, в слезах и грязи. Где-то внутри меня все еще пульсировала боль. Где-то , унижение. Где-то , странное, непонятное, гадкое чувство, похожее на облегчение от того, что пытка наконецзакончилась... Через несколько секунд, меня схватили за волосы, и заставили подняться на колени. Повели в яму, где я утром очнулся... Открыли клетку, и бросили меня туда...
Я сидел на коленях, скованный, опустошенный, как выжатая тряпка, и смотрел на две миски, стоящие на земле. Одна с мутной жижей, в которой плавали какие-то серые комки, другая , с водой, на поверхности которой дрожала пленка пыли. Мой желудок вдруг резко скрутило спазмом, кричащим голодом... Но мне не хотелось. Не хотелось к ним прикасаться. Я не хотел всего этого... Я облизнул потрескавшиеся губы, ощутив вкус крови и соли. Во рту все еще стоял привкус членов, спермы, их грубых пальцев, зажимавших мою челюсть. Глотка ныла, будто туда вбивали кол. Анус пульсировал тупой, раздирающей болью... Яйца опухли и жутко болели. Руки по-прежнему связаны , кожа , задубела от пота и крови. Я дернулся, и боль прострелила плечи до самых лопаток. На месте ударов, кровавые раны...Кровь сочилась, стекая по коже...Пальцы до жути онемели, превратились в чужие, негнущиеся палки. На шее ошейник, тяжелый, холодный, как удавка. На члене пояс верности. Я заставил себя подняться на колени. Ноги тряслись, колени скользили по влажной земле. Яма была неглубокая. Стены, лестница из корней, всего две ступеньки...Сверху клетка...Даже если бы руки были свободны, она заперта... Я в ловушке...
А если попытаться? Мелькнула отчаянная мысль. Бесполезно. Ноги подгибались, сил не было даже на то, чтобы стоять прямо без опоры.
Сердце колотилось где-то в горле, глухо, часто. Я почувствовал, как по внутренней стороне бедра стекает
Незнакомец