— Мне б разъебать законы бытия. Чтоб замерли все стрелки на часах. Чтоб время откатилось до нуля. И я б сказал: «Вселенная, иди ты нах». — вместо ответа прочитал свой новый стих Валентин.
А Буханкина ещё сильнее прижалась к нему и приобняла обеими руками.
— Ну давай тогда. — разрешил ей Валя и сильно надавил на голову, заставляя присесть на коленки.
Буханкина стянула с него грязные домашние трико и вонючие трусы, попутно думая, что в следующий раз нужно будет постирать.
Взяла его немытый член и, преодолевая отвращение, засунула себе в рот. Просить Валю помыться перед сексом смысла не было. Он просто послал бы её на... А любви Буханкиной хотелось. Именно любви, а не страсти и похоти. Именно той любви, когда любишь ты, а не тебя.
Тут смешивалось что-то необъяснимое. Она пыталась понять свои чувства, но не могла. И материнская забота. Ведь без неё он пропадёт. И восхищение талантом. Валька реально творил. То, что никто его творений не понимает — неважно. Они гениальны.
Когда Буханкина уже привыкла к запаху от небритого лобка, а вкус мочи во рту почти пропал, Валя потянулся к столу, взял сигареты и закурил. Кажется, он стряхивал пепел ей на голову, пока она активно старалась ему угодить. И ведь она реально кайфовала от этого сама.
Потом Валя потянул её вверх, указал на кровать, сам, не выпуская изо рта сигарету, пристроился сверху. Прошла минута. Да нет, меньше. А Буханкина кончила. По-настоящему. Ярко. Мощно. Так, как кончала только с ним. Никто из её мужиков не мог сделать этого. С мужем за все годы не было ни разу. Со Стасом, как бы он ни работал своим языком. С Лёней или Петром Ильичём. Ни с кем.
Идти в душ было трудно. Приходить в себя — отходить от оргазма. Но лежать долго нельзя. Нужно идти домой.
***
— Танечка, ты не спишь? Давай немного пошалим...
— Нет, Буханкин. Передавали, что сейчас идут сильнейшие магнитные бури. У меня голова просто раскалывается. Давай не сегодня...
С мужем Буханкиной повезло. Он всегда её понимал.
— Хорошо, любимая. Спокойной ночи...
2. Плохая девочка
Вместо предисловия. Один из комментариев к первой части: «Как я понимаю, данная мамзель Буханкина — какая-то темная ультраэльфийка десятого уровня, которую хотят все мужчины».....
Утро на работе началось неожиданно прекрасно. Буханкина, как обычно, шла к Петру Ильичу получать нагоняй за свой отчёт и искупать свои ошибки несложным, но не очень приятным трудом.
Когда она открыла дверь кабинета, услышала, как тот говорит с кем-то по телефону: «Очень понравилось, милая. Я тоже тебя люблю. Нет, я сильнее. Нет, я... Подожди, тут ко мне по работе пришли, я перезвоню».
Пётр Ильич сбросил звонок и, наморщившись, обратился к Буханкиной: «Танечка... А ты что пришла? А! Ты по отчёту. Ну что сказать... Ты молодец. Наконец-то всё нормально сделала. Разве что я бы поправил... Да бог с ним. Кто на эти мелочи обращает внимание? В общем, умница, всё хорошо».
Буханкина растерялась.
— То есть я свободна?
— А, ну да. Конечно. Можешь идти.
Буханкина неуверенно повернулась и пошла к выходу, ожидая, что начальник её сейчас окликнет и заставит лезть к нему под стол.
Ничего не произошло. Она спокойно вышла и закрыла за собой дверь. Очевидно, Пётр Ильич помирился с женой. Дай бог здоровья этой прекрасной женщине. Пусть она сама удовлетворяет своего мужа, и тот не достаёт её.
.....
Обед закончился. Самое время собрать данные и оформить новый отчёт. Закончить пораньше и свинтить сработы. Да, к сожалению, через кровать со Стасом, но к Валечке. Она даже блаженно замечталась, представляя
Переписка-1