сделав вид, что возмущена моей наглостью, повернулась ко мне спиной, попыталась выйти из комнаты, но я не дал ей этого сделать.
— Это не наглость, мама. Я тебе помог, не рассказал отцу, что ты вчера делала вечером. И так же знаю, чем ты занималась у Любы, оставляя меня одного в квартире. Так помоги и мне, сделай меня мужчиной Света. Тебе это ничего не будет стоит, зато я стану всегда тебя поддерживать и защищать от отца и от других.
Сказал я матери, обнимая её сзади со спины, ложа руки ей на груди и прижимаясь стояком к её жопе под халатом, а попка у матери, конечно, была не такая толстая, как у Любы, но тоже довольно мягкая и приятная.
— Пусти. Не ровен час, отец вернётся раньше времени, а у нас дверь в квартире открыта. Достанется и тебе, и мне.
Сказала мать, не делая ни малейшей попытки освободиться от моих объятий. Её больше заботило то обстоятельство, что нас с ней застанет её муж, а не то, что взрослый сын лапает её за груди через одежду и упирается членом ей в жопу.
— Если ты так хочешь стать мужчиной и попробовать отношения с женщинами, то давай я поговорю с Любой, и она с радостью исполнит твоё желание.
Предложила мне мать, всё же найдя в себе силы, и как неприятно ей было позволять сыну лапать себя за груди через одежду и чувствовать его член, она высвободилась из моих объятий и поспешила уйти к себе в комнату, где могла закрыться на маленький замочек, вставленный в двери её спальни, и тогда всё, дверь ведь я не стану ломать.
— Не хочу я с Любой, она страшная и от неё сто процентов триппер можно поймать или ещё что похуже. Я с тобой желаю попробовать Света. Ты красивая и я тебя люблю.
Не дав матери захлопнуть дверь и закрыть её на замок изнутри, я вошёл в её комнату вместе с ней, прижав к стене, взялся рукой за запястье её руки и положил к себе на трико, на то место, где выпирал бугор от вставшего колом члена.
— Он у меня большой мам, и тебе со мной будет приятно. Я всегда буду у тебя под рукой, и ты не станешь мучиться из-за недостатка мужского внимания.
Сказал я матери, смотря ей в глаза, по прежнему прижимая её к стене возле двери.
Я отпустил руку и больше не удерживал мать за запястье, а вот она, к удивлению, свою ладонь с бугра у меня в трико не сняла. Мать стояла передо мной, смотря в мои глаза какими-то осоловелым взглядом, и ощупывала мне член через трико пальцами, попутно дыша в лицо водочным перегаром. Причём мать не мяла мне хуй, а щупала, словно пытаясь узнать размер, и, судя по тому, как расширились зрачки её карих глаз, она осталась довольна.
— Я хочу уйти от мужа, подать на развод с ним и уехать отсюда на Кубань, где я родилась. Доработаю до конца учебного года, уволюсь с работы и уеду. Но только одна я боюсь ехать. Поедешь со мной, сынок?
Спросила у меня мать, при этом так сжала пальцами мою залупу через трико, что я чуть не кончил.
— Конечно, поеду, мам. Я люблю тебя и готов ехать с тобой хоть на край света.
Ответил я матери и потянулся к ней с поцелуем, но она увернулась.
— Не надо здесь. Я боюсь тут. Да и потом, мне необходимо расслабиться, а дома это невозможно сделать, в любую минуту может вернуться с работы Саша,
Первый год в Оксфорде