самое что со мной, только со всеми. Слушай, Антон — перспективный клиент для меня, я хочу его раскрутить на контракт по поставке метала, он на гос службе. Если получится - я с тобой поделюсь! Поверь, там суммы очень неплохие.. Для тебя так подавно! Давай сделаем некий спектакль, у Кати в шкафу должен быть костюм горничной какой-то, приоденься да и дело в шляпе! - с улыбкой сказал он.
— Я... — горло сжалось. — Я не знаю, смогу ли. Это одно — с тобой. Но с двумя чужими...
— Они не чужие. Они мои.
Он сказал это так просто, что я замолчал.
— Тебе же нравится быть девочкой, ты признала это! И мы определились что тебе нравится подчиняться. Служанка - идеальная роль для тебя — с огнем в глазах сказал он.
— Костюм горничной, — повторила я. Как будто от повторения это станет менее реальным.
— Именно. Блузка, юбка, фартук. Чулки. Туфли. Всё, что нужно. А, ну и белье какое-то сексуальное выбери. Ты уже умеешь выглядеть. Осталось только вести себя соответственно.
Я смотрела в тарелку. Яичница остывала, желток затянулся плёнкой.
— Максим, я боюсь.
— Знаю.
Он встал, обошёл стол, встал за моей спиной. Положил руки мне на плечи — тяжело, уверенно. Наклонился к уху.
— Если будешь хорошей сучкой, — сказал он тихо, — вечером я открою пояс. И дам тебе кончить. Может даже не один раз!)
Я вздрогнула. Пояс на бёдрах стал горячим — или это кровь прилила.
— Обещаешь?
— Я не обещаю. Я говорю, что будет, если ты сделаешь всё как надо. Хорошая служанка — открытый замок. Плохая — закрытый. Всё просто.
Он убрал руки, вернулся на своё место, сел, допил кофе. Как будто ничего не сказал. Как будто не перевернул мне всё внутри.
— Иди. Помой посуду. Потом — готовься. Душ, побрейся везде. Ещё раз. Ногти — обнови. Красный, как сейчас. И макияж. Чтобы к обеду ты была готова и красива. И еще! Парик! Думаю это тебя успокоит в контексте конфиденциальности. Парик и макияж и поверь, тебя никто не узнает на следующий же день.
— Хорошо, давай попробуем. — сказал я встал убираться на кухне.
За спиной Максим включил телевизор. Шум, голоса, реклама. Обычная жизнь, которая шла мимо меня.
Когда посуда была вымыта, я вытер руки и пошел в спальню. В шкафу Кати — её вещи, её запах, её жизнь. Я открыла дверцу и стоял, глядя на ряды. Блузки, юбки, платья. И в самом углу — чёрное, на вешалке, под чехлом. Я снял чехол.
Костюм горничной. Который явно использовался ей для ролевых игр. Чёрное платье с короткими рукавами, белый фартук с оборкой, отдельная блузка с рюшами на груди. Внизу — на полке — чёрные чулки в упаковке, кружевные, с широкой резинкой.
Я разложил всё на кровати. Потом пошел в ванную и начал готовиться.
Бритьё не заняло много времени — не так много отросло. Я прошелся бритвой везде — ноги, подмышки, грудь, живот, между ног, и даже руки.
Потом педикюр. Я достала Катин набор — пилки, ножницы, лак. Красный, тот же оттенок, что и раньше. Села на край ванны, поставила ногу, начала. Каждый ноготь — отдельно. Сначала правая, потом левая. Лак сох, я сидела и смотрела на свои ступни, на ровный красный цвет, и думала о том, что через несколько часов эти ноги будут сиять перед двумя незнакомыми мужчинами.
Маникюр — так же. Красный, ровный, как у Кати. Я видела её руки один раз, мельком, когда она поправляла волосы, — и запомнила. Аккуратные, короткие ногти, красный лак, тонкое кольцо. Я не
Как я стал сучкой