— Нет не хочу слышать бабский треп или сопли. Я хочу услышать правду - правду о тебе, какая бы она не была болезненная для тебя. Я приму все и не осужу, главное оставлю только между нами. Ведь ты доверилась мне показала себя ту, что жаждет, пусть и в маске. Ты же не стала выносить на всеобщее обозрение мой позор с сообщениями, между нами есть уже и минимальное доверие.
— Правда. — Она видела его желание узнать о ней, чуть больше. Но ровно на столько, на сколько, захочет Татьяна.
— Да говори что хочешь.
— Знаешь а ты был прав. Ой прости, я на ты обратилась.
— Все нормально сейчас это не имеет значения.
— Я всегда ждала одобрения от кого либо. Но особенно от папы, он всегда был строг со мной да и с мамой.
Она прижалась к нему и положила лицо на его плечи. От него приятно пахло, одеколон был мускульный, мужской: табак, можжевельник, перец. А его худи было мягким как обивка, поверх крепкого плеча.
— Папа для меня идеальный мужчина, строгий, властный, в меру жестокий, он не когда не кричал, он мог молчать часами и главное его взгляд, тот от которого прошибает пот. От меня требовали идеального поведения и учебы, золотая медаль и красный диплом. Я не знала что такое секс и удовольствие до четвертого курса. Мне тогда было двадцать два, почти двадцать три. Тогда родители познакомили меня с ним, Андрей парень симпатичный и очень приятный, скромный. Наши семьи решили что это будет идеальным союзом, я наследница рекламного агенства, он сын хозяина типографии. Он ухаживал очень долго, через девять месяцев после знакомства у нас случился первый раз, а еще через полгода свадьба. Первые месяцы совместной жизни были веселыми, возможно я его даже — она замолчала чтобы подумать — нет, я его не любила. Это было моей обязанностью, как золотая медаль и красный диплом, теперь я должна быть матерью. Родить внуков папе...
Она отодвинулась и посмотрела на Вадима в ее глазах были слезы, эта исповедь давалась тяжело. Особенно после тех слов о масках.
— Но ты не захотела — сказал Вадим — ведь это большая ответственность, и ты испугалась, не только ответственности, но и за своего ребенка? Ты не хотела повторения твоей судьбы?
— Спасибо. — она улыбнулась — Да я не смогла, испугалась и начала пить таблетки. А потом и морозить его в фертильные дни. Но знаешь он был тоже рад что я отказывала, на него тоже давили и я это понимала, после двух лет брака я поняла одно, мы чужие люди друг другу, соседи в постели. Он нервничал потому что осень-зиму четырнадцатого случились очень серьезные проблемы в их бизнесе, бумага подорожала в разы, а спрос упал на половину. Типография разорилась и Андрей перестал быть хорошей партией. Папа злился и требовал развода, но я настаивала на браке и сохранении свой семьи. Хотя семьи то, уже и не было. Тогда мы впервые поругались, отец лишил меня обеспечения. Андрей потеряв поддержку своих родителей и моих, тихо подал на развод. Я не поверила, потому что это было предательство. Но он ответил что, без отца я пустое место. Андрей боролся за имущество как лев, он смог отжать автомобиль Ford Focus 3, но квартира была на папу. Я была разбита, так как осталась одна.
Она снова прижалась к плечу, потому что готовилась к самому сложному моменту в ее жизни. Тихо всхлипывая, стараясь подавить тот ком, что подступал к
Проучил?