мы с Дэни трудились внутри и под днищем Дейзи: смазывали, затягивали, поворачивали, проворачивали коленвал, сопровождая это множеством ругательств (в основном, с моей стороны). Иногда нам приходилось ездить в город в разные места, а потом снова, когда мы обнаруживали, что выбрали не то. Дни были долгими, но, черт возьми, это была работа, которую я по-настоящему любил.
Каждый вечер, когда начинало смеркаться, мы уходили в дом, чтобы привести себя в порядок. Барб, как волшебница, готовила ужин каждый вечер к тому времени, когда мы оба принимали душ.
Мы пировали, пили и предавались воспоминаниям о прошедших днях, а затем удалялись в гостиную, чтобы продолжить веселье. Дэни была бесконечным источником радостной случайности, в то время как Барб рассказывала о своих приключениях с Хэнком, когда они путешествовали по США на мотоциклах до того, как появились автострады. Поскольку добавить было нечего, я впитывал все это, слушая рассказы о других жизнях и пытаясь убедить Уинстона, что на самом деле он не комнатная собачка, когда он пытался свернуться калачиком рядом со мной на диване. Это была битва, которую я всегда проигрывал.
Вечер клонился к завершению, и в конце концов Барб пожелала нам спокойной ночи и оставила нас с Дэни наедине. Забавно вспоминать, но каждый вечер, после того как наша хозяйка уходила, мы придвигались ближе друг к другу и говорили вполголоса, как будто у нас был какой-то заговор, который мы придумывали, или что-то, заслуживающее строжайшей секретности. Эти секреты, достойные таких действий, на самом деле были не за горами, но сейчас в воздухе витало что-то еще. Может быть, это был алкоголь…может быть, это был день тяжелого труда…а может быть, это было то чувство, что, несмотря на то, что мы провели этот день бок о бок, только сейчас мы по-настоящему были вместе. Каждый из нас наслаждался выпивкой, отдыхом, безопасным пространством и хорошей компанией.
В конце концов, я больше не мог бороться со сном и возвращался в свою комнату, оставляя сестру на ночь. И каждый раз, поднимаясь по лестнице, я уже слышал, как она что-то щелкает на своем ноутбуке и пишет Бог знает что.
Дэни…она действительно была великолепна. Для меня было честью, что она так сильно верила в меня, что я смог вернуть Дейзи былую славу, но, честно говоря, я бы ничего не смог сделать без нее. Она была идеальным партнером, желающим и способным помочь. Если бы я собирался попросить какой-нибудь инструмент, она бы уже протянула его. Когда я не мог втиснуться в свободное пространство, она вызывалась добровольно, прежде чем я просил. Скорее всего, мы бы закончили раньше, если бы не я. Видите ли, она была не только моим лучшим помощником, но и самым большим развлечением.
В начале первого дня она была одета в обтягивающую джинсовую рубашку на пуговицах, а ее волосы были повязаны платком, и выглядела как современная Рози Клепальщица, готовая принять любой вызов. Временами это вообще не было проблемой, пока она не пошевелилась, и ткань не обтянула ее так, как нужно, чтобы подчеркнуть женственность фигуры. Тогда я понял, что никогда не смогу смотреть на эти розовые плакаты как прежде. Но это было даже не самое худшее. Именно ее подшучивание чуть не погубило меня.
Она хихикала, когда мы смазывали поршни. Постоянно повторяла: "Она такая тугая", когда пыталась открутить болты двигателя. Назвала себя "Грязной девчонкой" после того, как пролила на себя моторное масло. Затем, после того как она настояла на том, чтобы мы с Дейзи вместе покатались (над чем она, конечно, посмеялась), она отпускала колкости о том, что всегда самое
второе открытие взрослой жизни.