когда мы с Дэни поспешили покинуть вестибюль. Мне не нужно было оглядываться на Дэни, у которой, как я знаю, была широкая улыбка "я же тебе говорила".
Это был на удивление многолюдный бар, который, казалось, попал прямо в кадр из фильма о байкерах. На стенах, обшитых алюминиевыми панелями, красовались дорожные знаки, а из слегка искаженных динамиков доносился неоновый музыкальный автомат. Повсюду были расставлены столики, а на небольшой танцплощадке покачивались пары, одетые в дорожную кожаную одежду. Никто не уставился на нас, когда мы вошли, и не бросил в нашу сторону усталого взгляда. Когда мы сели за свободный столик, из ниоткуда появился бармен с меню и улыбкой.
— Хорошо, - сказал я Дэни после того, как мы сделали заказы. - Давай, скажи это.
Она покачала головой, хотя в ее глазах все еще был тот же огонек. - Что тебе сказать?
Настала моя очередь закатить глаза.
— Что ты была права, и я не должен осуждать людей.
Ее улыбка стала шире.
— Ну вот. Это было не так уж и сложно. Я рада, что мы начинаем взламывать этот панцирь.
Я посмотрел на нее, но выдавил улыбку. Она начала смеяться.
На наш столик подали две кружки разливного пива. Мы чокнулись кружками и сделали глубокий, успокаивающий глоток.
— Итак, - сказала Дэни. - Кстати, о крепком... Ты так и не ответил на мой предыдущий вопрос.
Мне пришлось прищуриться, чтобы понять, о чем она говорит.
— Насчет позы? - спросил я.
Она кивнула.
— Что такого было в том, что у тебя на коленях сидела девушка, которая тебе так сильно нравилась?
Вот и все, что нужно, чтобы отвлечься от этого. Я сделал еще один большой глоток и поставил кружку на стол.
— К черту все. Вот в чем дело, - сказал я.
Дэни тут же заерзала на стуле в предвкушении.
— В этом есть много разных элементов. Мне нравится, что мы можем стать очень интимными, если захотим,
— Насколько интимными? Я имею в виду, что ты уже делаешь это.
— Интимными являются зрительный контакт и поцелуи. По-настоящему крепкие поцелуи. Она могла бы провести пальцами по моим волосам, и я мог бы сделать то же самое с ней.
— Тебе это нравится?
Я подумал об этом и кивнул.
— Иногда. А тебе нет?
Она приподняла бровь.
— Ты хочешь знать мои предпочтения?
— Ну, нет, я имею в виду "да". Дерьмо. Ты можешь не отвечать, но я имею в виду, что иногда это приятно – гладить волосы. И я знаю, что есть девушки, которым это нравится как начало для того, чтобы стать немного грубее.
— О? - В ее глазах снова появился тот самый блеск.
— Я имею в виду, страстный, но, думаю, и грубый тоже. Как будто ты можешь чуть-чуть отвести ее голову в сторону, чтобы прикусить ее шею.
— Мммм, это мило, - сказала она, прежде чем сделать еще один глоток.
— . ..Верно. - Что происходит?
— Значит, тебе нравится целоваться. Однако ты можешь делать это в большинстве поз.
— Верно, но в этом случае у тебя свободны обе руки. Она может обхватить меня за спину или обнять за шею и отклониться. Я могу схватить все ее... части тела.
— Нравится ее задница?
— Ага. Это. И, знаешь, - я обвел рукой свою грудь.
— Ее сиськи?
— . ..Да. Ее сиськи.
Дэни откинулась на спинку стула, как будто глубоко задумавшись. На мгновение, я мог поклясться, ее соски показались мне твердыми в тусклом свете бара.
— Да, я понимаю, почему тебе нравится эта поза, - сказала она, и ее улыбка стала шире.
Соседкина попа