и у него перехватило дыхание. Ткань прилипла к бёдрам, очертив... да что ж такое.
Алексей поспешно перевёл взгляд на учительницу литературы, которая что-то говорила с трибуны. Молодая, лет двадцать семь, в строгом костюме, но блузка так обтягивает... Он сглотнул. Нижняя часть тела решила, что у неё сегодня собственное мнение, и это мнение категорически не совпадало с официальной повесткой линейки.
Он попытался присесть на корточки, делая вид, что завязывает шнурок. Встал. Снова перекинул куртку на руку, придерживая перед собой. Через минуту понял, что вообще не в состоянии контролировать свой член сегодня. Все попытки подумать о чём-то мерзком и несексуальном обламывались об происходящее вокруг. Все эти одноклассницы в коротких юбках, учительницы, мамаши — все при полном параде, вызывающее жгучее желание секса.
«Что за хрень? — мелькнуло в голове. — Я же выпил просто таблетку...»
Он стоял на линейке как на иголках, судорожно пытаясь унять то, что не унималось. Хорошо, что хоть гимн стояли недолго. Когда всё закончилось, он поплелся в класс, нелепо жонглируя курткой и рюкзаком, пытаясь на ходу прикрыть ото всех свой мощный стояк. Идти с ним было некомфортно, но при всём этом Алексей даже немного удивился размерам собственного достоинства.
В классе стало ещё хуже. Первый урок — алгебра. Парты маленькие, учительница Евгения Петровна средних лет, но с большим декольте, которое она демонстрировала каждый раз, когда наклонялась к доске. Алексей сидел, неестественно выпрямившись, потому что любое движение вызывало трение. Он пытался писать в тетради, но рука дрожала, а мысли были далеко. Где-то там, где юбки, губы, груди и бёдра, которые можно использовать для своего удовольствия.
— Алексей, ты что, заболел? — услышал он голос Евгении Петровны.
Он поднял голову. Учительница смотрела на него с подозрением. Его лицо было красным, на лбу выступила испарина, и он сидел, судорожно сжимая ручку так, что костяшки побелели.
— Да... — выдавил он. — Голова... кружится.
— Иди к медсестре, — вздохнула учительница. — Иди-иди, а то смотреть на тебя страшно. Живо!
Алексей не заставил себя уговаривать. Он схватил куртку, прикрыл ею переднюю часть брюк и буквально вылетел из класса. В коридоре было пусто, и это было хорошо, потому что если бы он столкнулся с кем-то из девочек, он бы точно умер.
Медицинский кабинет находился на втором этаже, в конце коридора. Он вошёл, не постучав, и замер.
За столом сидела девушка. Молодая. Светлые волосы собраны в неаккуратный пучок, на носу очки, но даже через них видно, что у неё большие глаза — карие, с длинными ресницами. Белый халат надет поверх лёгкой блузки, пуговицы застёгнуты на две нижние, видно кружево. На вид ей было лет двадцать, от силы двадцать три. В прошлом году медсестрой была Татьяна Витальевна — грузная женщина, которой больше подошла бы роль санитара в дурдоме, настолько грозно выглядели её сильные руки и суровое лицо.
— Привет, — улыбнулась девушка за столом. — Присаживайся. Что случилось?
Алексей сел на кушетку, стараясь держаться боком. Он смотрел на неё и чувствовал, что ещё чуть-чуть — и он потеряет контроль. Каждое слово, каждый жест этой девушки воспринимались как приглашение. Он видел, как движется её ключица, когда она дышит. Видел, как бёдра давят на стул. А её пальцы... Длинные, тонкие, с цепким маникюром, они бы отлично смотрелись вокруг его вставшего члена...
— Меня Настя зовут, — сказала она, подходя ближе. — Я практикантка, сегодня мой первый день. Так что давай, рассказывай.
Он молчал. Признаться в том, что у него бешеная эрекция, появившаяся неизвестно почему, было как-то сложно.
Эротическая жизнь Руслана. Часть третья