Блядь. В прошлый раз из-за этого у меня были неприятности. К счастью, мне не пришлось отказывать, потому что пришел Гай Фэрроу.
— Привет, Джим, я... Ох, надеюсь, я не помешал.
— Вовсе нет, Гай, — ответила я.
Он улыбнулся. Он присел рядом с нами на корточки и достал из-под плаща Скелетора коробку, показав ее только Джиму.
У моего мужа чуть глаза на лоб не вылезли.
— Черт возьми! — приглушенно произнес он. - Как ты ее раздобыл? Я слышал, что мафия перевернула грузовик.
— Именно так. - Он подмигнул. - Полезно иметь друзей в сомнительных кругах. Ты с нами?
— Да, черт возьми... э-э..., — он посмотрел на меня.
Я рассмеялась:
— Что это?
— Pappy Reserve Twenty-Three, — прошептал он.
Я не особо увлекалась виски, но даже я понимала, что это нечто особенное. У Джима дома была неплохая коллекция бурбонов, но этот был его мечтой. В прошлом году я продала свой роман и, получив аванс, решила купить Джиму бутылку. Я пошла в магазин и спросила, есть ли у них этот бурбон, а продавец рассмеялся и сказал, что его не только невозможно найти, но и что я должна быть готова выложить за него четыре тысячи...
Четыре тысячи за бутылку бурбона?!!
— Не упусти свой шанс! — сказала я, еще не осознавая, к чему это может привести.
— Нет, но сегодня наш вечер, дорогая...
— Милый, иди. — Рассмеялась я. - Когда еще у тебя будет такой шанс?
Он притянул меня к себе, чтобы поцеловать, и посмотрел на меня, как тигр, выпущенный из клетки. Я рассмеялась и проводил его взглядом.
Я повернулась, чтобы рассказать Синди о случившемся, но ее уже не было.
Что?
Я оглядела танцпол. Я без зазрения совести могла бы вклиниться в танец между ней и ее мужем, чтобы потанцевать с ней. Но ее нигде не было видно.
Ебать! Черт, я бы пошла с Джимом, если бы знала, что не смогу на неё положиться. Где же она, черт возьми? Я оглядела бар, буфет...
Я услышал, как Кристина ахнула за столом:
— Боже мой. Он идет сюда! Ты только посмотри на него в этой рубашке!
Я, конечно, поняла, о ком она говорит.
Я повернулся, чтобы посмотреть, не потому что хотела его разглядывать, а потому что хотела понять, в какую сторону бежать.
Он улыбнулся мне, стоя в двух столиках от меня, и я вдруг застыла на месте. Он указал на меня пальцем - «Я тебя помню».
Внезапно он оказался прямо передо мной. Нет, теперь он сидел в кресле Джима.
— В прошлом году... ты была Хелой, верно? Это было круто.
Его взгляд скользнул по моему телу, и я вдруг осознала, как сильно у меня оголены бедра.
— Сейчас еще круче.
Я почувствовала, что краснею.
— Анна Курникова, верно? - Он протянул руку и взъерошил мои волосы, собранные в хвост. Я почему-то не стала его останавливать.
— Я ее знаю. Она чудесная. - Он наклонился ко мне. От него пахло победой. - Но ты еще круче.
Да, я знаю, что я не круче этой чертовой Анны Курниковой, ясно? Я не идиотка. Но мне чертовски понравилось, что он это сказал. Мне понравилось, как он это сказал. Мне понравилось в это поверить.
Он встал и протянул мне руку, не спрашивая, а просто предлагая пойти с ним, зная, что я отчаянно этого хочу.
И снова мир поплыл у меня перед глазами.
Тук-тук, тук-тук...
И снова я каким-то образом выдавила из себя: «Спасибо, но нет». Я
Летняя слабость