— Мне нужно было с кем-то поговорить, а с тобой я боялся разговаривать! Извини! Послушай, Синди никому ничего не скажет. Она не такая.
— Мне плевать! Она всё знает!
И так мы ходили по кругу. В конце концов я снова и снова извинялся и говорил: «Послушай. Я была не права, что поговорила с ней. Я должна была сразу тебе рассказать. Мне жаль. Я неправильно справилась с ситуацией и недооценила тебя. Обещаю, что с этого момента буду рассказывать тебе все, абсолютно все".
Он кивнул, скорее от усталости, чем от ощущения, что мы помирились, но, по крайней мере, мы не ссорились. И, по крайней мере, я облегчила душу. Мне стало легче. Я призналась во всем. Да, нам было над чем поработать. Да, мне нужно было загладить свою вину перед ним. Но, по крайней мере, я была честна.
И, черт возьми, это было приятно.
Несколько дней спустя мы были в ресторане. Я работаю дома, но у Джима офисная работа, и я предложила встретиться за ланчем в его любимой бургерной. По телевизору показывали турнир по гольфу. И, конечно же, камера приблизилась к Курту Шервуду.
Джим закатил глаза и надулся. Но я не отвела взгляда. Я поймала себя на том, что щурюсь, изучая изображение.
— Правда? - Спросил Джим. - Ты собираешься пялиться на этого чувака прямо у меня на глазах?
— Нет, вовсе нет, — ответила я. — Честно говоря, не понимаю, что я в нём нашла. Правда, дорогой. Не понимаю. Он выглядит... как-то... Я не знаю. Странный. У него слишком большой нос или что-то в этом роде. И ухмылка у него мерзкая. И мне не нравится, как он машет кулаком.
— Угу.
— Эй! Я говорю честно. Я не понимаю. Может быть, я просто слишком много выпила или что-то в этом роде. Клянусь, я не пытаюсь подбодрить тебя. Я покончила с этим.
Так и было. Я не могла в это поверить. У меня словно гора свалилась с плеч, как у профессионального игрока в гольф.
Я выдохнула - это был самый долгий выдох в моей жизни. Глаза закрылись. Я имею в виду, если бы вы меня видели, вы бы подумали, что кто-то только что сбил меня с ног под столом.
Джим пристально посмотрел на меня:
— Ну, это было что-то.
— Дорогой, я не могу передать, как сильно это меня беспокоило. Я не хочу быть одной из таких женщин. Я ненавидела себя за то, что даже думала об этом. Но теперь я могу сказать, что это был не "он". - Я рассмеялась, взглянув на экран. - Я думаю, что из-за того, что все о нем говорили, и из-за того, что я слишком много выпила, я, должно быть, превратила его в своего рода бога секса или что-то в этом роде.
— Бога секса?
— Да ладно тебе. Мы женаты уже двадцать лет. Двадцать чудесных лет, и хотя мне нравится заниматься с тобой сексом, мы делаем это не так часто, и это превратилось в рутину. Верно? Но я люблю заниматься с тобой любовью и особенно люблю чувствовать себя рядом с тобой после этого. Но знаешь... Я бы не стала тебя винить, если бы ты фантазировал о сексе с Кейт Бланшетт.
— Я не хочу трахаться с Кейт Бланшетт!
— Действительно? Потому что я ее трахну, если ты не захочешь.
Это вызвало смех. Окончательно. Смех.
— Да ладно. Я люблю тебя больше всего на свете. Я бы ни за что не хотела ставить это под угрозу. И я не стала. У меня
Вальриса. Компромисс (часть 3)