— Прямо как зверь, — бормотал Бак. — Ты и твоя мать — два ёбаных зверя! На вас двоих надо надеть узду.
— Делай что хочешь, — промурлыкала Синди, — но никогда не переставай меня трахать.
Бак рухнул на неё, кусая в шею, тёрся животом о её шёлково-гладкий зад. Его член взбалтывал наполненный спермой анус. Она была ёбаной электрической норкой, и он собирался снести ей голову, когда кончит. Когда стенки её ануса заходили волнами вокруг его члена, он не мог больше держаться.
— Кончаю! — хрюкнул он. — О Иисусе! — Электричество прошило член, и он взорвался ей в кишки.
Синди почувствовала это в точности как извержение члена жеребца внутри. Она верещала от удовольствия, вертя задом, сокращая анус. Смешанная сперма Бака и жеребца переполнила кишки и текла по ногам склизкими сгустками.
— Грязная маленькая сучка! — рычал Бак, пока его член напрягался в ней и брызгал. — Грязная маленькая зверушка!
Я и есть зверь, подумала Синди и знала: эти солнечные пастбища — то место, где её дом. Она пригласит Оскара погостить — просто чтобы увидеть его лицо, когда она повернётся к нему задом и скажет: делай что хочешь. Если он окажется хорош в анальном сексе, она, может, даже позволит ему жениться на ней. В конце концов, нынче ей годился любой член — хоть звериный, хоть человеческий.
Случай в дороге