Я спокойно накрыл её дрожащую ладонь своей и с улыбкой посмотрел ей в глаза:
— Наташенька, расслабься и получай удовольствие. Самое страшное уже позади. Сегодня никто не будет устраивать скандалов. Мы просто закрепим условия нашего договора. Ты у нас красивая, успешная женщина — вот и держись соответственно.
Когда мы вошли в VIP-зал, Елена Николаевна и Виктор Сергеевич уже сидели за большим овальным столом.
Контраст между супругами бросался в глаза с первых секунд. Виктор Сергеевич, хоть и пытался сохранить привычную вальяжность в тёмно-синем пиджаке, всё же выглядел слегка натянутым: его взгляд перебегал с меня на жену, а в движениях сквозила скрытая настороженность. Зато Елена Николаевна была само совершенство. В элегантном чёрном платье с открытой линией ключиц, с безупречной платиновой укладкой и сдержанной загадочной улыбкой на ухоженном лице, она излучала силу и полную, абсолютную уверенность в происходящем.
— А вот и наши молодые люди, — её низкий, бархатный, проникновенный голос мягко заполнил пространство зала. — Проходите, садитесь. Мы как раз выбирали вино.
Мы уселись. Наташа оказалась напротив Виктора Сергеевича, а я расположился рядом с Еленой Николаевной — так, что под скатертью наши колени почти соприкасались. От неё исходил такой знакомый, сводящий с ума аромат ириса и замши.
Напряжение в воздухе висело первые минут десять, пока официанты расставляли закуски и разливали по бокалам густое рубиновое бордо. Но едва двери за обслуживающим персоналом закрылись, Елена Николаевна на правах самой старшей дамы, подняла свой бокал и посмотрела на каждого из нас по очереди.
— Ну что же, мои дорогие... — произнесла она с тонкой, едва уловимой иронией. — Предлагаю отбросить ненужные условности и ханжество. Мы все взрослые, умные люди. И раз уж судьба — или, точнее, наши собственные слабости и аппетиты — свела нас в этот удивительный узкий круг, давайте выпьем за честность. Хотя бы между собой.
Виктор Сергеевич кашлянул, перевёл взгляд на меня, затем на жену и первым поднял свой бокал:
— Елена права. Смысл играть в прятки, когда все карты разложены на столе? Александр... Наташа... За наше сбалансированное сотрудничество.
Мы сдвинули бокалы. Мелодичный хрустальный звон поставил жирную точку над всеми прежними страхами и недоговорками.
После третьего бокала атмосфера за столом окончательно разрядилась, приобретая совершенно особый, откровенный и даже слегка вакханический оттенок. Наташа, выпив вина и почувствовав, что никакой расправы не будет, быстро оттаяла. Её карие глаза заблестели, щеки порозовели, и она снова превратилась в сытую, игривую кошечку.
— Витенька, — кокетливо протянула она, накладывая себе деликатесы, — а помнишь, как мы в Праге боялись, что твоя жена нас через детектива вычислит? А оказалось, что это было на самом деле а Алик уже давно всё за нас решил!
Виктор Сергеевич ухмыльнулся, качая головой:
— Да уж, Наташка... Твой муж — настоящий гроссмейстер. Я до сих пор поражаюсь, как он всё это обставил. Меня, честно говоря, в жизни так ни один бизнес-партнёр не обводил вокруг пальца.
— Александр просто умеет видеть перспективу, — мягко вступила Елена Николаевна, и её прохладные пальцы под столом на мгновение накрыли мою ладонь, сжав её с открытой, недвусмысленной лаской. — Пока вы с Наташей думали, что вы самые хитрые и водите всех за нос, Алик думал о нашей общей выгоде и безопасности.
Я пригубил вино, ощущая тёплое прикосновение Елены под скатертью и видя, как Наташа бросает быстрый, жаркий взгляд на Виктора.
— Главное, господа, — спокойно сказал я, — что наш квадрат теперь стал абсолютно устойчивым. У каждого из нас есть своя роль, свой интерес и свои радости. Виктор Сергеевич получает молодость и страсть
Мой брат Санька