Он вышел из магазина, она заперла дверь и повела его к дому. Шли по снегу, молча. Луна уже поднялась, освещая тропинку. Их тени сливались в одну.
ДОМ ЛЕНЫ. КУХНЯ.
В доме пахло уже борщом — наваристым, с мясом, с капустой, с тем самым деревенским духом, которого Артемий не чувствовал с детства, когда ездил к бабушке.
— Садись, — Лена указала на стул. — Поешь. Ты голодный, я вижу.
Он сел. Она поставила перед ним тарелку борща — глубокую, расписанную петухами. Рядом — чёрный хлеб, сало, солёные огурцы.
— Ого, — выдохнул он. — Царский ужин.
— Ешь, не стесняйся.
Он ел. Жадно, быстро, почти не жуя. Лена смотрела на него и улыбалась. Потом достала из шкафа бутылку — мутную, домашнюю.
— Самогон, — сказала она. — Колян гонит. Хочешь?
— За компанию.
Она налила в две стопки. Чокнулись. Выпили. Огонь прошёлся по горлу, разлился теплом по телу.
— За что пьём? — спросил Артемий.
— За наше вот такое знакомство, — она налила ещё. — За то, что ты здесь. За то, что не один.
Выпили снова. Лена раскраснелась, стала говорить громче, смеяться чаще. Она рассказывала про Коляна — какой он сильный, какой заботливый, как за ней ухаживал.
— Он пришёл в магазин, увидел меня, и всё. Сказал: «Ты моя. И точка». Через месяц мы поженились.
— Ты его любишь? — спросил Артемий.
Она помолчала. Посмотрела в окно, на тёмное небо.
— Люблю, — сказала она тихо. — Но… с ним не так... Я не знаю, как объяснить... скучно. Он не говорит о книгах, о фильмах. Ему нужна ж... Ну такая обычная жена, чтобы готовила, стирала, рожала. А я… Я хочу, чтобы меня видели другой...
Она взяла его за руку. Её пальцы были тёплыми, даже чуть влажными.
— Ты понимаешь, Артемий? — спросила она.
— Понимаю, — он сжал её ладонь.
Она наклонилась снова первая к нему сама. Её губы коснулись его губ — сначала робко, потом увереннее. Её язык скользнул ему в рот. Он ответил на поцелуй моментально и сразу почувствовал прилив и как тут же его член снова начинает твердеть в штанах.
Спальня Коляна прям едко пахла табаком, и таким лесным ароматом как опилки что-ль и мужским потом. На кровати — серое одеяло, подушки в наволочках с вышивкой. Лена подошла к кровати, повернулась к нему спиной.
— Помоги....Расстегни, — сказала она.
Он кивнул и начал пытаться ей расстегнуть молнию на платье. Ткань упала к ногам. Она осталась в одном белье — белые кружевные трусики и лифчик, который едва держал её огромную грудь.
Она повернулась к нему лицом. Сняла лифчик. Её большие и аппетитные мясистые сиськи с его завороженным взглядом неожиданно эстетично вывалились наружу.
— Нравятся мои сиськи тебе? — спросила она.
Он не ответил. Просто смотрел. Его член стоял колом, упираясь в ширинку.
Она легла на кровать, раскинула руки в стороны.
— Иди ко мне, — позвала она. — Я сегодня вся просто...Я хочу тебя.
Он не ожидал подобного...Он медленно наклонился пробегая взглядом по ее сиськам, ножкам, губкам. Его язык коснулся её соска. Она застонала — тихо, протяжно. Он начал лизать — сначала один, потом другой. Его рука скользнула вниз, к её трусикам, нащупала влажное пятно.
— Ты что уже такая мокрая, — сказал он.
— Я после самогона и плюс тут мой герой романа, — прошептала она. — Только из-за тебя.
Он стянул с неё трусики. Её киска была гладко прям вся выбрита, розовая, с набухшим клитором. Он
Необычные похождения моей киски и её друзей. Часть - 11