кондиционера. Он поднялся выше, его руки обогнули ребра, скользнули под ткань платья с боков и уверенно легли на ее грудь.
Кира удовлетворенно прикрыла глаза. Парень действовал уже смелее: его ладони взвесили плотную, упругую плоть, а пальцы безошибочно нашли и плотно сжали набухшие, напряженные соски. Она подалась назад, всем весом прижимаясь лопатками к его широкой груди, и запрокинула голову на его плечо, обнажая длинную белую шею.
Сзади, через тонкую ткань его брюк, она отчетливо почувствовала каменную, пульсирующую твердость его эрекции. Мышцы ее живота свело сладким спазмом. Металлическая пробка внутри отозвалась резким давлением на прямую кишку, отдаваясь электрическим импульсом прямо в клитор.
— Неплохо, студент, — выдохнула она ему на ухо, контролируя каждый оттенок своего голоса. — Продолжай.
Поощрение опьянило его. Парень шумно втянул носом терпкий запах ее духов у самого изгиба шеи. Его правая рука продолжала сминать ее грудь, заставляя Киру шумно втягивать воздух, а левая медленно, ощупывая каждый сантиметр, поползла вниз — по плоскому животу, вдоль атласного шелка платья.
Его пальцы наткнулись на тонкую резинку стрингов и металлическую застежку пажа, удерживающего чулок. На секунду парень запнулся, ошеломленный сложностью и откровенностью конструкции под лаконичным платьем, но Кира лишь требовательно качнула бедрами, не давая ему остановиться. Он сдвинул полоску тонкой сетки в сторону.
Его пальцы погрузились в раскаленную, текущую влагу. Парень коротко, хрипло застонал Кире в волосы, ощутив, насколько она готова, и аккуратно накрыл ладонью ее набухшие половые губы, большим пальцем начав ритмично, с возрастающим напором растирать твердый клитор.
Кира запрокинула голову еще сильнее, ее губы приоткрылись в беззвучном стоне. Она позволила ему эту инициативу, смакуя, как его дыхание сбивается от восторга. Парень повернул ее лицо к себе и накрыл ее губы своими. Поцелуй вышел жадным, глубоким, полным юношеской нетерпеливости, но Кира не отдала контроль: она вела этот поцелуй сама, направляя его язык, то жестко отвечая, то ускользая.
Не разрывая рта, она завела правую руку назад, сковав его окаменевшую плоть сквозь мягкий кашемир дорогих брюк, ощущая пульсацию крови и внушительные габариты.
— хватит играть, студент, пошли наверх, нас ждут великие дела — говорит она, разрывая их поцелуй, и видит в его глазах неподдельную радость наполовину с шоком.
***
Её пальцы дрожали, когда она расстёгивала его рубашку — не от холода, а от жара, который пульсировал в её груди, как второе сердце. Губы встречались жадно, ломая все преграды: он чувствовал, как её язык скользит по его нёбу, как она впитывает его дыхание, будто хочет забрать себе весь воздух. Ткань его брюк падала на пол с глухим стуком, и она опустилась перед ним, как священнодействующая, готовая принять его с тем же трепетом, с каким принимают причастие.
Первый оргазм был коротким, почти испуганным — он не ожидал, что так быстро. Она поймала его слабость ладонью, прижала к себе, и в её взгляде не было разочарования — только тихое, бархатное торжество.
— Моя очередь, студент — промелькнуло в её глазах, когда она стянула платье через голову, словно сбрасывала кожу, чтобы стать ближе. Туфли полетели в угол, трусики — следом, и она легла на кровать, выгнув спину, как кошка, которая знает, что её погладят.
— Раз ты так быстр, — её голос был низким, с хрипотцой, которая заставила его желудок сжаться, — развлеки меня своим язычком.
Он не колебался. Его язык нашёл её клитор, и она сразу же направила его — не мягко, а повелительно, как дирижёр, ведущий оркестр.
— да, вот так, сюда, молодец — шептала она, и каждое слово было пощёчиной, и лаской одновременно. Она тянула его за пряди, подталкивая к
Водные процедуры