способ оградить сына от опасности дальнейших разборок с Димоном, и отчаянный крик о помощи, который, как ей казалось, уже никто и никогда не услышит.
***
Хохот Паши и Сергея огласил комнату. Они ржали, наслаждаясь не столько физическим актом, сколько своей абсолютной победой. Им казалось, что они держат в руках судьбу своего врага.
В их примитивном расчёте этот видеоролик был оружием массового поражения, которое должно было раздавить Санину волю в порошок.
Паша, с самодовольной ухмылкой, сохранил файл и отправил его Димону с лаконичной подписью: «Гляди, шеф, как сучка рада стараться». На лице его сияла такая гордость, будто он только что совершил подвиг. Он посмотрел на Сергея, они переглянулись, ухмыльнулись, и снова заржали, довольные собой и своим возвращением.
Потом, отбросив телефон на тумбочку, Паша с деловым видом взобрался на кровать. Потные ладони по-хозяйски шлёпнули Лику по обнажённым ягодицам.
Он грубо раздвинул её ноги, пристраиваясь сзади. Лика почувствовала его твёрдый член, который упёрся ей в промежность. Паша сжал её талию, фиксируя и не давая пошевелиться. Он не спешил, водил головкой по влажным губам и ягодицам, напоминая, кто здесь хозяин.
— Ну, что, тёть Лик, — просипел он ей в ухо, — теперь мы тебя оттрахаем по полной программе… Как в старые добрые...
Её тело, уже отозвавшееся на унижение предательской волной возбуждения, встретило его вторжение сладостным стоном. Она почувствовала, как головка его члена входит в неё, мышцы её расслабились и раскрылись. Он вошёл глубже, и она застонала громче. Он вошёл до конца, и её стон превратился в сдавленный, но такой настоящий, крик.
Это был конец одной иллюзии и торжество другой, куда более страшной. Иллюзии о том, что она заслужила эту долю и не имеет права выхода из неё.
***
Паша размеренно и глубоко двигался сзади, вбивая член в её податливое тело. Все толчки отдавались в ней глухими ударами, разгоняя по венам кровь.
Сергей перед ней сжимал её волосы, направляя и задавая ритм. Губы скользили по его члену, вылизывая каждый миллиметр. Лика стояла на коленях, распятая между ними, и чувствовала, как её послушное тело начинает откликаться.
Голова ритмично двигалась на члене Сергея, а мышцы влагалища сжимались вокруг Паши. Её бёдра начали двигаться ему навстречу, толкая таз назад. Она сама, без подсказки, начала насаживаться на его член.
Улыбка Паши стала шире некуда. Он полностью остановился и отпустил талию Лики, позволяя ей самой выбирать ритм и глубину проникновения. Он поглаживал её ягодицы, поощряя Лику продолжать двигаться, но уже не принуждая.
Сказал он лениво, словно разговаривал с прирученной собачкой. Но от этого тона внутри у Лики всё сжалось от стыда и удовольствия.
Лика не ответила. Рот её был занят членом Сергея. Слова застревали в горле и превращались в стоны, которые вырывались из неё вместе с дыханием.
Бёдра размеренно двигались, вверх-вниз и вперёд-назад, круговыми движениями. Член Паши скользил внутри, и она даже не думала останавливаться.
— Ну, чё молчишь? — Паша снова бесцеремонно шлёпнул её по заднице.
Она вздрогнула и ей пришлось оторваться от Сергея. Блестящие от слюны губы разжались. Она повернулась, и её затуманенные глаза встретились с глазами Паши.
— Блядь... — сказала она, выплеснув на него всю свою злость за его издевательства. — Ты можешь просто трахать, а не пиздеть.
Жилистая рука Сергея легла ей на затылок. Он вцепился ей в волосы, направляя обратно к своему члену. Лика не сопротивлялась, снова опустила голову. Губы нашли головку и язык снова скользнул по горячей плоти. Она продолжила сосать.
— Не отвлекай девушку, Паш. Пусть работает.— Сказал Сергей, не
Доктор Жозеф