не вернулась.

Суров отправил разведчиков.

Потом ещё одну группу.

Потом связь попытались восстановить через запасной маршрут.

Никто не появился.

На четвёртый день пришли первые новости.

В районном центре прошли массовые аресты.

Несколько явочных квартир были раскрыты.

Подпольная сеть получила тяжёлый удар.

На пятый день вернулся один из разведчиков.

Усталый.

Грязный.

Постаревший за эти несколько суток.

Он доложил коротко:

— Квартира провалена.

Часть людей взяли живыми.

Часть расстреляли на месте.

— Марина? — спросил Суров.

Разведчик покачал головой.

— Не знаю.

Это были самые страшные слова.

Не "убита".

Не "жива".

Не "арестована".

Не "ушла".

Просто:

— Не знаю.

Война иногда оставляет человеку могилу.

Иногда письмо.

Иногда свидетеля.

А иногда не оставляет ничего.

Совсем ничего.

Через неделю отряд продолжал воевать.

Через месяц — тоже.

Железная дорога взлетела на воздух.

Склад был уничтожен.

Операции продолжались.

Люди погибали.

Приходили новые.

Война не остановилась.

Остановился только один вопрос.

Тот самый.

Который Виктор ещё много лет не сможет вычеркнуть из своей жизни.

Что случилось с Мариной?

И почему именно её он так и не сумел спасти?

ЯБЛОНИ

Глава пятая

Отсутствие

Весной лес ожил.

Появилась первая трава.

На полянах зацвели цветы.

Птицы вернулись в те места, где ещё недавно рвались мины.

Природа всегда вела себя так, словно человеческие войны её не касались.

Виктора это раздражало.

Почти злило.

Прошла неделя.

Потом вторая.

Потом месяц.

Марина не вернулась.

Никаких сведений не появилось.

Никаких следов.

Никаких подтверждений.

Словно человек просто растворился.

Иногда приходили слухи.

Кто-то видел девушку, похожую на неё, в районной тюрьме.

Кто-то говорил о колонне арестованных, отправленных на запад.

Кто-то слышал о расстреле нескольких связных возле карьера.

Каждая новая история противоречила предыдущей.

Каждая могла быть правдой.

И каждая могла оказаться ложью.

Суров однажды сказал:

— Перестань.

— Что перестать?

— Искать её в каждом донесении.

Виктор промолчал.

Потому что Суров был прав.

Он действительно искал.

Каждый день.

В каждом сообщении.

В каждом слухе.

В каждом допросе пленных.

Однажды ночью они сидели вдвоём возле карты.

Готовили очередную операцию.

Суров долго молчал.

Потом неожиданно произнёс:

— Ты думаешь, что виноват.

Это был не вопрос.

Утверждение.

Виктор отложил карандаш.

— А разве нет?

— Нет.

— Я мог возразить.

— И что бы изменилось?

— Не знаю.

— Вот именно.

Суров закурил.

Потом продолжил:

— Послушай меня внимательно.

Если командир начнёт считать своей виной каждую смерть, он перестанет принимать решения.

А тогда погибнут все остальные.

— Она была не просто бойцом.

— Знаю.

— Тогда зачем говоришь очевидные вещи?

Суров посмотрел на него устало.

Очень устало.

— Потому что война не интересуется нашими чувствами.

Она не выбирает.

Не объясняет.

Не извиняется.

Она просто забирает людей.

Иногда оставляя тело.

Иногда даже этого не оставляя.

Этот разговор Виктор запомнил.

Но легче ему не стало.

Летом отряд провёл несколько крупных операций.

Под откос пошли эшелоны.

Горели склады.

Немцы усилили охрану дорог.

Работы хватало всем.

Только по вечерам приходила пустота.

Особенно когда лагерь затихал.

Когда не нужно было отдавать приказы.

Когда не было задач.

Когда оставались только мысли.

Тогда память начинала работать против него.

Он вспоминал всё подряд.

Как Марина впервые встретила его в избе.

Как спорила.

Как смеялась.

Как говорила про яблони.

Как уходила по лесной дороге.

Не оглядываясь.

Со временем воспоминания начали меняться.

Память всегда меняет прошлое.

Он стал замечать в старых разговорах то, чего раньше не видел.

Слова, которые тогда показались обычными.

Взгляды, на которые не обратил внимания.

Паузы.

Недосказанности.

И однажды понял страшную вещь.

Он так и не сказал ей самого главного.

Ни разу.

Никогда.

Осенью сорок второго отряд соединился с частями Красной армии.

Линия фронта постепенно сдвигалась.

Лесная война подходила к концу.

Начиналась другая.

Перед уходом Виктор ещё раз попытался узнать хоть что-нибудь.

Обошёл оставшихся подпольщиков.

Расспрашивал жителей.

Поднимал старые сведения.

Безрезультатно.

Последнее, что удалось установить наверняка, было известно и раньше.

Марина дошла до явочной квартиры.

После этого её след терялся.

Больше ничего.

Ни одной достоверной детали.

В январе 1943 года Виктор снова оказался в действующей армии.

Снова были карты.

Приказы.

Артиллерия.

Наступления.

Но теперь рядом с ним шла ещё одна вещь.

То, от чего невозможно было избавиться.

Незавершённость.

Война продолжалась.

Потом пришёл сорок четвёртый.

Потом сорок пятый.

Потом Победа.

Люди плакали.

Обнимались.

Возвращались домой.

А вместе с Победой пришёл вопрос, который оказался страшнее многих фронтовых воспоминаний.

Если война закончилась...

То где теперь искать человека, который исчез внутри неё?

ЯБЛОНИ

Глава шестая

После Победы

Весной 1945 года Виктор Розеновер встретил Победу в Восточной Пруссии.

Он не кричал.

Не стрелял в воздух.

Не пил за здоровье товарищей до утра.

Не потому, что не

Эротические и порно XXX рассказы на 3iks

Прочтений: 46

Любопытство оправдалось

Алеська

Как Пиздища свое счастье искала

Остров невезения. Часть 4: Отдых

Студенческое рабство