Я кивнула, чувствуя облегчение. Но затем Ольга подошла ко мне и взяла меня за руки. Её голос изменился — он стал мягким, глубоким, лишенным привычного холода доминантки.
— Алина... посмотри на меня, — попросила она. Я подняла глаза. — Последние недели перевернули мою жизнь. Я увидела тебя, с другой стороны, и это заставило меня осознать вещи, которые я долго игнорировала. Ты моя сестра. Единственная. И всё, что происходит в твоей жизни — все эти приключения, интересы, поиски себя — я поддержу на сто процентов. Если ты позволишь, я хочу быть частью этого мира вместе с тобой.
Я замерла, не зная, что ответить. Ольга продолжала, и каждое её слово попадало точно в цель:
— Ты самый близкий и дорогой мне человек. Я помню тебя маленькой, я нянчилась с тобой, оберегала... Для меня ты всё еще та девочка, но теперь я вижу в тебе женщину, которая нашла свою истинную страсть. Если тебе нравится подчиняться — это прекрасно. Но запомни: я никогда не позволю тебя обижать. Любого, кто посмеет унизить тебя без твоего согласия или причинить боль, я уничтожу.
Я почувствовала, как в горле встал ком. Ольга говорила о любви и поддержке так искренне, что у меня задрожали губы.
— Из-за карьеры у меня никогда не было личной жизни, — продолжала она с легкой грустью. — Я строила стены вокруг себя, чтобы выжить в бизнесе. Но теперь мне кажется, я нашла способ сохранить всё: и свою работу, и отношения с тобой, и тот секс, который приносит истинное удовлетворение. Мне нравится играть с тобой, Алина. Кажется, я очень точно подобрала себе роль в твоей игре, и эта роль мне по душе.
Ольга притянула меня к себе и крепко обняла.
— Но слушай меня внимательно. В этой игре, которую ты затеяла, главная — только ты. Все остальные — Марина, Катя, даже я или Элеонора — мы все в какой-то степени ресурсы для твоего роста и удовольствия. Ты можешь менять нас, требовать от нас чего угодно. И именно поэтому я прошу тебя об одном: не делай из меня просто «ресурс». Помни, что за этой ролью стоит сестра, которая любит тебя больше всего на свете.
Я не выдержала и расплакалась — громко, навзрыд, прижимаясь к её плечу. Это были слезы облегчения. Всю жизнь я чувствовала, что Ольга на моей стороне, но слышать это вслух, знать, что она принимает меня любой — даже «пиздализкой» — было самым важным подарком в моей жизни.
— Спасибо... спасибо, Оля... — всхлипывала я.
— --
Следующее утро началось с абсолютной, звенящей решимости. Перед самым выходом мы с Ольгой заключили своего рода пакт.
— В этих переговорах ведущей буду я, — отрезала она, безупречным жестом поправляя лацкан строгого жакета. — Я приму все удары на себя, буду вести диалог жестко и на грани фола. Но обещаю: любой исход мы согласуем. Всё, что решится в этих стенах, будет работать исключительно на тебя. Даже если в процессе тебе покажется, что земля уходит из-под ног.
Я доверилась ей безоговорочно. Когда мы переступили порог особняка, Элеонора встретила нас в тяжелом шелковом халате. Её взгляд, сонный и ленивый, мгновенно стал хищным, когда она увидела, что я пришла не одна. Она вопросительно изогнула идеальную бровь.
— Элеонора, доброе утро, — уверенно произнесла я, делая шаг вперед. — Позвольте представить. Это Ольга. Моя старшая сестра. И сегодня она представляет мои интересы.
Элеонора на секунду замерла, оценивающе сканируя Ольгу с головы до ног. Между ними мгновенно проскочила искра холодного женского соперничества.
Ночные Беседы 1