— Да, — сумел отдышаться я. — Еще несколько минут, да?
— Мы можем остановиться, если нужно.
— Нет! Я имею в виду... я в порядке. Мы почти... приехали.
— Хорошо. — Я ждал, что он сделает музыку погромче, но он этого не сделал. — Чертовски хороший день.
— Невероятный, — сказал я ему, пока тетя делала минет. Она замедлилась, когда папа начал говорить, но я наблюдал, как она ухмыляется, ее шаловливая сторона выходит на первый план, и она наваливается лицом на мой член.
Папа был просто в ударе.
— Я все еще не могу поверить в нашу удачу. Довольно сенсационный первый раз для Колина, ты не находишь?
— Без шуток, — ответил Колин спереди.
Мы все практически кричали, чтобы нас слышали над шумом дороги. Я был рад, думая, что это очень хорошо заглушает любые другие посторонние звуки. Тетя Мари наяривала ртом на моем члене, и даже так близко, как я был, я ничего не мог от нее услышать.
— Что ты подумал, когда увидел эту большую свинку, стоящую там перед тобой, Джереми?
— Она была прекрасна, — ответил я, проводя рукой по волосам тети Мари. — Я никогда не видел ничего подобного. Даже близко.
— Да. Я все ждал, что она испугается, и ты упустишь возможность всей жизни, — прорычал папа.
— Я не могу поверить в свою удачу, — сказал я ему, увлеченный идеей поговорить с папой, Колином и мамой, пока теплый рот тети Мари был полон моего члена. — Мы становились все ближе... ближе... ближе... — сказал я, подчеркивая каждое "ближе" толчком вперед члена между талантливыми губами тети.
Кажется, я надавил слишком сильно. За последний я получил шлепок по заднице.
— Это было как подарок от Бога, — вспоминал папа. — Подумать только, мы могли подойти на расстояние 30 ярдов, прежде чем она успела пошевелиться!
— Она... была такая большая! — высказался Колин. — Такая большая! Я не понимал, насколько она большая на расстоянии, но по мере приближения я начинал нервничать. Что, если бы она повернула на нас?
— О чем ты думал, Джереми?
— Я знал, что подошел слишком близко. Я не мог больше ждать. — Это было правдой в большей степени, чем можно было подумать. — Я чувствовал... как сильно бьется мое сердце.
Я запутался одной рукой в волосах тети Мари, двигал ее головой, проникал членом между ее губ, ее рука и рот творили со мной чудеса. Я никогда не чувствовал ничего настолько хорошего. Я не думал, что что-то может быть.
— Мне знакомо это чувство, — сказал папа. — Массовый выброс адреналина.
— Да. У меня практически дрожали ноги, — сказал я, чувствуя, как мой голос начинает ломаться от напряжения, вызванного разговором во время подготовки к извержению. — Я держал ее на прицеле, следил за ее... головой, ожидая идеального момента. — Я сделал глубокий вдох, пытаясь успокоиться, но это было бесполезно, я был на грани. — Я знал, что больше не могу сдерживаться. Я должен был сделать свой выстрел. Быстро, пока момент не упущен. — Я смотрел вниз на тетю, а она смотрела на меня, ее глаза были широко раскрыты, рот открыт еще шире, пока ее рука накачивала мой член.
— Бах! — практически проорал я, чувствуя, как мои соки поднимаются, как мое тело напрягается, и я "стреляю" в горячий рот моей тети.
— Это было прекрасно, — с гордостью сказал папа. — Идеальный выстрел в голову.
— Лучший выстрел дня, — добавил Колин. — Она просто упала на колени, секунду
Щекотка 4 - Крыша