в позе наездницы. Ты заходишь, шлёпаешь её по заднице и говоришь, чтобы она готовилась. Я прижимаю её к своей груди, пока ты берёшь её попку. Мы ебём её до изнеможения, меняясь местами, пробуя, сколькими способами она может справиться с двумя большими хуями.
— Думаешь, она на это пойдёт?
— Она фантазирует об этом. Хочешь, я её позову? Она сама тебе скажет.
Он допил половину пива, откинувшись назад.
— Ты серьёзно насчёт всего этого?
— На ближайшие пару недель. Потом они обе — твоя проблема.
— Так если я скажу, что хочу Мари сегодня вечером...
— Я бы сказал, что ты забегаешь вперёд. Доктор сказал, что ты должен дать своему старому питону пару дней отдыха.
— Точно. Спасибо тебе огромное за это, мудак.
— Ты первый ударил, — напомнил я. — Ты всё ещё должен научить меня этому.
Он кивнул.
— Всё равно. Даже если мы не будем этого делать, я мог бы сегодня увидеть её голой в своей постели?
— Она бы задушила тебя своей любовью и своими роскошными сиськами.
— И твоя мать была бы с этим согласна?
— Да. Она была бы со мной, — объяснил я. — Хотя, думаю, в какой-то момент было бы неплохо подержать сестёр вместе. С тобой. Пусть мама лучше с этим справится.
— Думаешь, это поможет? Ты глупее, чем кажешься.
Я рассмеялся.
— Я похож на тебя, пап. Только сейчас чуть красивее.
— Серьёзно. Обеих?
— Вот моя идея...
***
Мне всё ещё нужно было разобраться с Пенни. Папа устроился перед телевизором, но, слава богу, вернулся к каналу НФЛ. Сёстры его обхаживали, и он не принимал это лежа, поддразнивая их в ответ, немного лапая. Я поймал несколько любопытных взглядов от мамы и тёти Мари, но просто улыбнулся. Мне тоже доставалось немало внимания.
Я позвонил Пенни на мобильный, но она не ответила. Я попробовал на домашний, но её не было. Её мать сказала, что они с отцом уехали забирать её новую машину. Они должны были скоро вернуться, так что я пошёл к ней.
Коллин впустила меня, налила мне холодного чая и попричитала над моим состоянием. Я забыл, что всё ещё выгляжу довольно жалко, и пытался отмахнуться, но она настойчивая. Она плюхнулась мне на колени и принялась сама всё проверять, целуя мои болячки.
— Пенни говорила, что у вас тут всё по-другому.
Коллин покраснела.
— Сильно по-другому. В хорошем смысле.
Я чмокнул её.
— Я так рад за тебя. Ты счастлива, я так понимаю?
— В восторге. Я знаю, это, наверное, временно. Никто не может вечно поддерживать то, что мы делаем, но это... это потрясающе, Джереми. Думаю, мы всем этим обязаны тебе, моей упрямой дочери и вашим маленьким видео-подаркам.
Она улыбнулась, прижавшись ко мне, пока я её обнимал.
— Не только секс. Сейчас он отличный, но это всё остальное. Возобновлённая близость, разговоры, обсуждение нашего будущего, наших мечт снова. Он... он такой же, каким был, когда я в него влюбилась.
— Думаю, это замечательно. Он счастливый человек.
— Тебе повезло меньше, чем мне, — тихо сказала она.
— Пенни с тобой говорила? Она выбежала из дома позавчера, злая. Я даже не знал почему.
— Нет, она не говорит. Ей, наверное, просто нужно было выпустить пар. Скорее всего, она будет в гораздо лучшем настроении, когда вернётся.
— Она говорила, что может взять у тебя уроки минета. Есть шансы?
Коллин рассмеялась.
— О, она так сказала, да? И на ком она, по её мнению, должна учиться?
— Не спрашивай меня, я просто интересуюсь.
— Нет, уроков минета пока не было. Что-то можно было бы устроить. Не знаю, сможем ли мы сделать то, что делали вы.
Вещий сон