плечи к кровати, наклонился над ней и добивал свой финиш, каждый толчок сотрясал её тело. Когда я больше не мог, я медленно вытащил член из её задницы, наблюдая, поражённый тем, как широко мой член её растянул, глядя, как её сморщенное покрасневшее очко медленно сужается. Я потёр края, удивлённый, что оно вообще могло так широко открыться. Ноги мамы соскользнули, её тело опустилось на кровать. Я переместился и лёг рядом с ней, крепко обняв, целуя её плечо.
— Чёрт, мама. Нам придётся сделать это снова.
Она тихо хихикнула.
— Понравилось?
— Срань господня! Мне понравилось. Не могу поверить, что ты кончила струёй на меня. Пару раз.
— У меня бывают сильные оргазмы таким образом. Не всегда, но когда горячо, то очень горячо.
— И сегодня было горячо?
Она перекатилась на бок, лицом ко мне.
— Пламя. Это было здорово, малыш. Идеально.
— Я ничего не испортил?
— Нет, дорогой. Ты справился. Хорошо меня растянул. Завёл меня до чёртиков. Не торопился, давая мне привыкнуть к тебе, а потом выебал из моей бедной попки все мозги. Нет, Джереми, ты ничего не сделал неправильно.
Я потянул её на себя, обнимая, держа её. Она отстранилась, лёжа на спине, раскинув руки и ноги.
— Слишком жарко. Я вся горю. Нужно остыть.
Я встал с кровати и пошёл в ванную. Почистил свой член, хотя не видел особых следов того, где он был. Я смочил тёплой водой конец полотенца для рук и вернулся к маме. Я протёр её всю, вытирая по ходу. Я провёл немало времени между её ног.
— Перевернись, секси девочка.
Она сделала это с лёгким усталым стоном, и я протёр её спину, затем очень осторожно раздвинул её ягодицы и почистил её там.
— Ты меня балуешь, — пробормотала она.
— Кто этого заслуживает больше?
Она мурлыкнула от удовольствия, пока я играл с её ягодицами. Такая идеальная попка.
— Как думаешь, что они там делают? — спросила она.
— Не так много, как мы.
— Большие сиськи, — пробормотала мама.
— Почему бы тебе не присоединиться к ним? — сказал я ей.
— Что?
— Иди. Присоединяйся к ним. Они не будут против. Дай папе знать, что всё нормально. Посмотри, как дела. Потом можешь вернуться, если захочешь, или остаться. В любом случае.
— Не знаю.
— Ты не будешь гадать. Это будет круто. Я сказал папе, что ты можешь.
— Ты ему сказал?
— Что ты можешь. Если тебе станет слишком любопытно. Иди, мама. Это будет полезно для тебя. Только не ревнуй.
— Всякий раз, когда я это делаю, я буду думать о своей бедной попке.
Я шлёпнул её по попе и вытащил её из кровати. Я бросил ей футболку.
— Этого больше чем достаточно надеть. Уверен, это больше, чем на них.
Мама исчезла. Её не было как минимум полчаса, и я был полусонный, когда она вернулась, забравшись ко мне в кровать.
— Спасибо, дорогой, это была хорошая идея.
— Что они делали?
— Ничего. Обнимались. Твой отец сосал её сиськи, не удивительно.
— Это было круто?
— Отлично. Мы поговорили. Он покусал и мои сиськи тоже. Мы немного накинулись на него. Твой папа был на седьмом небе.
— Ещё бы. Тебя это не беспокоило?
— Нет. Они оба выглядели такими расслабленными, такими счастливыми. Это было мило. Они оба были очень благодарны, что я оставила их вместе. Думаю, всё будет нормально.
Я притянул её ближе, и она прижалась ко мне.
— Это была хорошая ночь, правда? — тихо сказала она.
— Ммм... — ответил я, немного надеясь, что она замолчит.
Девушка из Ирама