что проводят в дороге долгие дни. И что теперь, они будут возить женщин с собой? Или на заправках к магазинчикам и кафе добавятся обязательные бордели?
Он покачал головой, заводя автомобиль. Многое изменится. И это ещё неизвестно как будет организована обещанная Президентом регистрация опекунов.
Дэвид не спешил возвращаться домой. Он заехал в хозяйственный и мебельный — теперь, когда Сюзи стала частью его жизни, нужно было как-то организовать хранение её вещей. Затем он заглянул в магазин электроники, купив пару мощных Wi-Fi репитеров; электронику везли из Китая, а там бог его знает, что твориться.
Потом он завернул по адресу, что дала ему Сюзи. мистер Фернандес, невысокий мужчина с одышкой и мягкими, как тесто, чертами лица, выглядел настолько безобидно, что Дэвид невольно вспомнил тот ужас, с каким Сюзи описывала своего бывшего арендодателя. Её «страх» несомненно был не столько следствием реальной опасности, сколько частью её новой, глубоко укоренившейся потребности чувствовать себя маленькой и беззащитной перед лицом любой власти.
— Она теперь с тобой? — он смерил Дэвида взглядом и, видимо сочтя его достойным, кивнул. — Позаботься о ней!
Дэвиду ничего не оставалось, кроме как успокоить неожиданно заботливого арендодателя. Он даже позвонил Сюзи, чтобы она успокоила того по телефону, но у Дэвида всё равно осталось впечатление, что в глазах мистера Фернандеса он поймал Сюзи где-то на улице и сунул в багажник и только случайно оказался достоин её.
В квартире женщины он подсознательно ожидал найти что-то необычное, сексуальное, соответствующее той покорной и страстной Сюзи, с которой он провёл ночь. Однако вместо вызывающих нарядов его встретил ровный строй бежевых брюк, серых юбок-карандашей и закрытых блузок с высоким воротником. Никаких микроюбок и полок с секс-игрушками.
Было даже немного обидно. Впрочем, нормальная одежда тоже нужна, а всякое интересное он купит потом. Вряд ли в этом новом мире с этим будет проблемы. Дэвид всё-таки нашёл пару приятных глазу халатиков и комплектов кружевного белья. Набив одеждой сумки и забрав деньги с документами, он слетел по лестнице к машине.
Мистер Фернандес, поливавших цветы в фойе, помахал ему вслед.
Солнце медленно тонуло за горизонтом, окрашивая небо в цвет запекшейся крови и оставляя город в липких, сиреневых сумерках. Дэвид припарковался у своего дома, чувствуя, как внизу живота разрастается знакомое, тягучее напряжение, которое за день превратилось из легкого гула в полноценный набат.
Мысли о том странном типе с фургоном больше не вызывали у него брезгливости; напротив, в них слышалась пугающая логика. Секса утром перед уходом теперь действительно казалось катастрофически мало. Это было всё равно что пытаться утолить жажду, облизывая одну каплю воды в час. Организм требовал разрядки с какой-то животной, неоспоримой настойчивостью, мысли путались, а внимание так и норовило перескочить с дороги на ожидающие его дома соблазнительные формы Сюзи.
Кроме того, хотелось есть. Вчера ночью он потратил куда больше энергии, чем обычно.
Дэвид открыл дверь, и замер на пороге, потому что пространство прихожей изменилось. Поверхности сияли стерильной чистотой, а обувь была расставлена по линейке, словно в музее или казарме.
Его женщины ждали его прямо там, в самом сердце прихожей.
Сюзи стояла впереди, она явно наведалась в гардероб Сары. Выцветшая джинсовая мини-юбка нелепо сидела на бедрах, спускаясь до середины бедра — для ее миниатюрной фигурки она была слишком длинной. Мягкая бледно-розовая блузка была туго завязана узлом прямо под грудью, приподнимая ее и подчеркивая соблазнительные формы. Макияж был безупречен: легкие дымчатые тени, капля румян, ярка красная помада. Её глаза просияли при виде Дэвида.
Рядом с ней, неестественно выпрямившись, но с опущенными глазами, стояла Сара. На ней были темные, хорошо сидящие брюки и накрахмаленная
Любимый Лёша