её взгляд мгновенно стал холодным и подозрительным.
У обочины притормозил белый фургон с узнаваемым логотипом Amazon. Курьер, молодой парень, уже выходил из-за машины, держа в руках картонную коробку. Сюзи нахмурилась. Она не заказывала ничего, и Дэвид тоже не упоминал о посылках. Это была угроза.
— Наверх! Живо! — прошипела Сюзи, пытаясь привести одежду в приличный вид. — Запрись в своей комнате и не высовывайся, пока я не позову.
Сара бросила взгляд на окно, на её лице мелькнул страх. Привычное домашнее унижение показалось её почти милым перед лицом неизвестности. Она быстро-быстро закивала и поспешила к лестнице.
Курьер позвонил в дверь. Сюзи выждала несколько секунд, восстанавливая дыхание и поправляя коротенький шёлковый халат. Она открыла дверь, стараясь придать лицу выражение холодного безразличия.
Парень был молод, лет двадцати, с дерзким взглядом и небрежной ухмылкой, которая не имела ничего общего с профессиональной вежливостью. Он не стал даже пытаться скрыть свой интерес. Его глаза, жадные и оценивающие, медленно скользнули по её короткому шелковому халатику, задерживаясь на глубоком вырезе и обнаженных бедрах.
Он уже успел понять, что в этом новом мире дверь, открытая женщиной, была для таких, как он, сигналом: «Хозяина нет дома». А значит, женщины внутри сейчас были абсолютно беззащитны. Можно было позволить себе лишнее.
— Посылка для Дэвида Эванса, — произнес парень, и его голос звучал слишком самоуверенно для обычного сотрудника службы доставки. Он не спешил протягивать коробку, а вместо этого он ещё раз обвёл взглядом её фигуру. — Эй, цыпочка, как насчёт особых чаевых? Сегодня мне выпало чертовски одинокое утро.
Сюзи встретила его взгляд, её плечи расправились, подбородок приподнялся.
— Я принадлежу Дэвиду Эвансу, — отчеканила она низким, размеренным голосом.
Женщина вкладывала вес в каждый слог, превращая эти слова в щит и в предупреждение. Наглая ухмылка курьера слегка померкла. Он моргнул, почувствовав непоколебимую уверенность в ее тоне, полное отсутствие страха или хотя бы намёка на готовность к флирту.
— Адрес верный, — продолжила Сюзи тем же тоном. — Где мне расписаться?
Молодой человек замялся, сбитый с толку. Его самоуверенность, только что казавшаяся ему неоспоримым оружием, вдруг наткнулась на стену из ледяного спокойствия. Он бросил быстрый, почти растерянный взгляд на свой фургон, затем снова на застывшее лицо Сюзи, пытаясь найти в её глазах хоть тень доступности, но всё было тщетно.
Сюзи не дрогнула.
Курьер разочарованно фыркнул и нехотя протянул ей планшет с бумагами. Сюзи быстрым, уверенным росчерком вывела имя Дэвида, и протянула его обратно. Молодой человек что-то невнятно пробормотал, словно пытаясь вернуть себе остатки достоинства, выхватил планшет и почти бегом направился к своему фургону. Двигатель взревел, из-под колес брызнул гравий, и машина рванула с места. Сюзи стояла неподвижно, пока белый фургон не скрылся за поворотом, и только тогда она позволила себе закрыть дверь и отгородиться от внешнего мира.
Как только дверь захлопнулась, Сюзи прислонилась к ней спиной, и её всё тело прошила мелкая, неконтролируемая дрожь. Маска ледяного безразличия осыпалась, обнажив бешено колотящееся сердце и вспотевшие ладони. Она тяжело дышала, глядя в пустоту прихожей, и в груди поднимался новый, незнакомый доселе вид триумфа.
Её покорность Дэвиду не была слабостью или потерей себя — наоборот, она стала самой мощной броней. Сюзи больше не была одинокой испуганной женщиной, легкой добычей для каждого кто посмотрит на неё; её тело и душа уже принадлежали господину, и эта принадлежность защищала Сюзи сильнее, чем что-либо ещё.
Тишину дома разорвал грохот: кто-то стремительно сбегал по лестнице, не считаясь ни ч сем. В прихожей, запыхавшись и раскрасневшись, возникла Лили. Она бежала так быстро, что едва не навернулась на ступеньках, но даже
Казань - Москва