— Знаешь, раз Кэти нет дома... — небрежно сказала она, откинувшись на подлокотник дивана и раздвинув ноги ровно настолько, чтобы намекнуть на очертания промежности. Похоже, она думала, что достаточно просто показать киску, и все само собой уладится. Кто из мозгового треста — Дженнифер, Дженни и их мать — до этого додумался?
— Не выйдет. И я избавлю тебя от необходимости спрашивать, почему. Во-первых, я не собираюсь купаться в смердящей дыре, в которой резвились Билл и Стив и кто знает сколько еще. Возможно, у тебя там до сих пор осталась его сперма после вашего свидания в пятницу днем перед вечеринкой.
Глаза Дженнифер расширились.
— Да, я все знаю об этом. Вы двое не так скрытны, как думаете. Ты уже запятнала себя. Во-вторых, я не собираюсь рисковать подхватить заразу. О, я советую тебе тоже провериться. Ты ведь не думаешь, что ты единственная помойка для спермы Билли-Козла, правда? В-третьих, здесь, в Джорджии, если я пересплю с тобой после того, как узнал о твоих изменах, закон посчитает, что я простил и одобрил твое прелюбодеяние. Я не одобряю и не прощу. И чтоб ты знала, ты права, о цивилизованном разводе можно забыть. Я развожусь с тобой по вине на основании супружеской измены, Дженнифер. Алименты от меня ты не получишь. И наконец, я терпеть не могу, когда мной пытаются манипулировать. Ты не меня выбираешь — ты пытаешься управлять мной. Нет, спасибо. Теперь до тебя дошло?
Лицо Дженнифер исказилось, она металась между шоком и яростью.
— ПОШЕЛ ТЫ! — закричала она, вскочив с дивана. Я услышал хлопок двери ее спальни, и это было последнее, что я видел от нее в тот день.
Я остался в гостиной смотреть игру до тех пор, пока несколько часов спустя не пришла Кэти. Она осторожно оглядела комнату, очевидно, проверяя, здесь ли Дженнифер. Удовлетворившись тем, что мы остались вдвоем, она села рядом со мной на диван, прижавшись к моему плечу. Прошло несколько минут молчания, прежде чем она заговорила.
— Я очень зла на маму, — ровно сказала она, глядя в телевизор. — Я имею в виду, я люблю ее, но я очень зла на нее за то, что она сделала с нами. Это несправедливо.
— Да, Кэти-Кэт, это и правда несправедливо.
Кэти снова замолчала, а затем внезапно спросила, не пахнет ли это свининой по-пекински. Я заманил ее на кухню, чтобы вместе разогреть свинину по-пекински и говядину по-монгольски. Чем больше я думал о том, как буду скучать по совместным обедам с Кэти, тем сильнее злился на Дженнифер. Это было не просто несправедливо. Это было наказание для невиновного, но недостаточное, чтобы заставить забыть фарс моего брака. Промедление породило бы лишь ложные надежды. Последнее, что я сделал перед сном, — отправил электронное письмо своему адвокату с указанием вручить Дженнифер повестку на дому на следующее утро.
*******
В понедельник утром я проснулся от запаха бекона и ванильных блинчиков — одного из моих любимых завтраков. После вчерашнего мне совсем не хотелось снова сталкиваться с попытками Дженнифер мной манипулировать, поэтому я едва не решил остаться у себя и не спускаться вниз. Но я хотел проводить Кэти в школу, так что я стерпел бы Дженнифер. К моему удивлению, это Кэти все приготовила, а Дженнифер не было.
— Я хочу побаловать моего папу, пока могу, — сказала она, поливая вишневым соусом блинчик. Кэти быстро поела и, чмокнув меня в щеку, выбежала за дверь и в школу. Я прибрался и собрался на работу. Дженнифер, видимо, решила оставаться в своей комнате,
Господа офицеры, голубые князья...