— Зачем Богу делать с человеком такое? — спросила Терри, качая головой. — Не могу представить, какая благая цель может быть в том, чтобы Аманда постоянно ходила голой.
— Пути Господни неисповедимы, — напомнила Эмили. — Есть миллион вещей, которые Он делает и которых я не понимаю.
— В этом и есть вера, — вдруг вставила Эмбер. — Аманда говорила, что у неё вообще не было веры ни во что, пока она не посмотрела «Страсти» и ей не приснились сны, повелевшие делать это.
— Хорошая мысль, — тут же ухватилась Си-Джей за оставленную Эмбер лазейку. — У неё не было особой веры; она говорила, что думала только о себе и не верила ни во что духовное — потому что слишком многое из того, что делает Бог, не имело для неё смысла. Правда, малышка?
Я как раз поднесла вилку ко рту, когда она задала этот вопрос, и пришлось отложить. На секунду мелькнула мысль: воткнуть вилку ей в глаз — вместо ответа, — но я просто посмотрела на Терри и Лизу и сказала: да, Си-Джей права. Господи, из-за этой лжи еда становится невкусной.
— Но теперь у неё есть вера, и она знает: у Бога есть план для неё, как и для всего остального, — продолжила Си-Джей. — Пусть вам это и непонятно, и трудно увидеть — зачем всё это, — но для Бога в этом есть совершенный смысл. А поскольку мы знаем, что Бог нас любит и что мы веруем в правильность Его дел, нам не нужно понимать — что всё значит; достаточно того, что Он хочет, чтобы мы это делали.
— Понятно, — сказала Лиза, приподняв бровь. — Надо сказать, очень глубоко. Ничего себе, Аманда, и ты всё это поняла — просто посмотрев кровавый фильм? Наверное, мне надо пересмотреть.
Я-то едва разок посмотрела и была в полном ужасе — повторно смотреть и думать не смогла бы. Уж точно это не вызвало у меня желания заниматься тем, чем занимаюсь сейчас.
— Что мне в этом фильме запомнилось, — сказала Эшли, как раз перед тем как откусить хлеб, — так это то, что Иисус, оказывается, умеет держать удар.
В этот момент я почувствовала, что меня начинает слегка потряхивать — но не от нервов или смущения, как обычно. Со стулом было что-то не так — как будто его низ вибрировал. Только не говорите, что меня опять усадили на вибрирующий стул... Надеюсь, это просто воображение.
— Я как-то начинала смотреть этот фильм, — добавила Стейси. — Но у меня голова разболелась — надо было одновременно смотреть, что происходит, и читать субтитры. Я их никогда не успеваю прочитать.
— Если бы ты хоть иногда читала Библию, Стейси, ты бы заранее знала, что они говорят, — поддела её Эмбер.
— Ну, если я книгу прочитаю — зачем мне фильм смотреть? — ответила Стейси. — Я и так буду знать, чем кончится.
Я заёрзала на стуле: низкие вибрации начинали пробуждать возбуждение. Я глянула на Си-Джей: она пыталась поймать взгляд папы, сидевшего рядом с ней во главе стола, но папа изо всех сил старался её игнорировать. Хоть он больше с ней не заигрывает — теперь, когда знает, что она заставляет меня делать. Приятно всё-таки осознавать, что я для него важна. Я почувствовала, как чья-то рука легла мне на бедро под столом: это Эмили — она быстро подмигнула, сжала бедро покрепче и немного потёрла. И тут же вибрация усилилась — будто
Дашка - давашка