— Нет, всё нормально, — ответила Катя, стараясь говорить ровно. — Там светло, документы интересные...
— А Лукина тебя многому научила? — в голосе Яны послышалась лёгкая усмешка. — Она у нас, знаешь, требовательная.
В этот момент Наташа замерла у двери, не входя в комнату. Она прислушивалась к разговору, сжимая в руках поднос с чашками. Услышав ответы Кати — спокойные, будто ничего особенного между ними не произошло, — она почувствовала лёгкое раздражение, смешанное с азартом.
Играть так играть, — подумала Наташа и достала телефон.
Через несколько секунд телефон Кати тихо завибрировал. Та бросила взгляд на экран, и сердце её пропустило удар.
«Раздвинь ноги, когда я войду и сяду напротив тебя.»
Катя судорожно сглотнула, убрала телефон обратно в карман и подняла глаза. Яна сидела напротив и продолжала что-то рассказывать про порядки в фирме, но Катя уже почти не слушала. В голове пульсировала одна мысль: как сделать это незаметно?
В комнату вошла Наташа с подносом, поставила чашки на стол, села — как раз напротив Кати. Девушка почувствовала, как всё внутри сжалось. Она медленно, стараясь не привлекать внимания, начала раздвигать ноги под столом. Сначала чуть-чуть, потом ещё немного. Ей казалось, что Наташа не смотрит на неё, увлечённо обсуждая коллегами какие-то моменты.
Когда она раздвинула ноги, Катя вдруг представила себя со стороны: сидит за столом, под юбкой — ничего, под прозрачной блузкой — тоже ничего, и её голая киска сейчас открыта для взгляда той, кто сидит напротив. От этой мысли низ живота сжался, по телу пробежала горячая волна.
Она заерзала на стуле, пытаясь унять нарастающее возбуждение. Юбка сдвинулась, прикрыв то, что не должно быть прикрыто, но Катя не могла остановиться — тело требовало движения, трения, хоть какого-то облегчения.
— Ты чего ёрзаешь? — внезапно спросила Яна, наклоняя голову и с подозрением вглядываясь в лицо Кати.
Та открыла рот, но не нашла ни одного слова. В голове — пустота, только паника и жар.
— Может, потому что и Лукина часто... — неожиданно подала голос Зина, и в её голосе прозвучал тонкий, откровенный намёк.
Девушки заулыбались, переглядываясь. Яна хмыкнула, поджав губы. Катя тоже улыбнулась — натянуто, неуверенно, но всё же улыбнулась. Ей казалось, что так она выглядит естественнее, будто поддерживает общую шутку, будто ей действительно смешно. Наташа это заметила. Но вид не подала, не изменилась в лице — только чуть дольше обычного задержала взгляд на Кате, а затем спокойно отвела глаза. Сделала глоток чая, поправила воротник блузки. Внешне — ни намёка, ни тени недовольства.
Но внутри у неё всё похолодело.
Насмехается? — подумала Наташа, сжимая пальцами чашку чуть сильнее, чем следовало. — Моя рабыня надо мной насмехается?
Она не произнесла этого вслух, даже виду не подала. Но решение созрело мгновенно, как всегда в такие моменты. Катя будет наказана.
Закончив чаепитие, все разбрелись по своим рабочим местам. До обеда время тянулось медленно и скучно. Катя сидела за своим временным столом, разбирала документы, перепечатывала что-то, но мысли её были далеко. Ей было немного обидно, что Хозяйка не обращает на неё внимания — только короткие рабочие указания, ни взгляда, ни намёка на то, что между ними есть что-то ещё. Катя ловила себя на том, что ждёт хотя бы одного лишнего слова, но Наташа была холодна и сосредоточена.
После обеда всё изменилось.
— Дай мне свой телефон, — сказала Наталья в коридоре, когда они шли к лифту.
С красавицей