— Пойду прогуляюсь, освежиться хочу. А то вы меня спаиваете тут.
Нечего делать, верный рыцарь Тим Великолепный Драконоборец кряхтя вылез из-за стола:
— Я с тобой, если не против. А то отсидел уже всё, и пузо растрясти надо.
Мы оставили взрослых обсуждать свои скучные истории о сослуживцах и бизнесе, и пошли пройтись немного по поселку. Уже вечерело, солнце было уже за кронами, что-то там чирикало, и мы лениво шли по дороге, разглядывая окружающие дома. Точнее, домины. Поселок был небольшой, закрытый, народу было мало, и в основном было тихо — только в одном месте из-за забора были слышны голоса и музыка. Тоже гуляют.
Дорога скоро закончилась шлагбаумом, мы развернулись и побрели обратно на участок. Судя по всему, одной рюмочки дяде Вове оказалось мало, и он громогласно уговаривал маму выпить еще этого вкусного коньячку с вот этой вот божественной долькой лимона. Мы шмыгнули мимо них и направились к пляжу, уже обычной дорожкой. Диджестив же явно смешался с вином и добрался до Сашки, она смеялась всякой чепухе и периодически опиралась на мою руку, которую я, как галантный кавалер, сообразил ей предложить.
Когда мы дошли до пляжа, солнце уже зашло, но темно ещё не было. Очень такой приятный, розово-оранжевый свет. Над дальним берегом озера поднимался легкий туман. В общем, романтично — аж жуть.
Сашка подошла к краю воды, скинула босоножки, плеснула водой на берег. Потянулась, забросив руки за голову:
— Мммм, как тут красиво! Красиво же? — строго переспросила она у меня.
— Ага, красиво. Закаты тут, конечно, улёт.
Сашка посмотрела на водную гладь, еще раз потрогала её ногой, и вдруг повернулась ко мне:
— Ты же помнишь, что этот пляж — нудистский?
— Ещё бы, — засмеялся я.
— Тогда пошли купаться.
Сашка одним движением развязала поясок, я даже обомлеть толком не успел. Взмахнула руками, сдёрнула цветное платье с себя, бросила его на шезлонг. Шаг, два в воду. Остановилась, обернулась.
— Чего стоишь! — поочередно освободила ноги от маленьких белых трусиков, кинула их в меня. — Погнали!
Развернулась, сделала еще два шага, нырнула, только белая попка мелькнула над водой. Я продолжал стоять, как истукан, держа в руке машинально пойманный белый треугольничек. Наконец очнулся, скинул с себя всё и бросился в воду вслед за сестрой.
Наверное, в романтических фильмах дальше должно быть что-то такое: главгероиня выныривает рядом с главгероем, обхватывает его руками, он её целует и уносит куда-то в закат. Хэппи-энд, титры. У нас же всё было по-другому: героиня вынырнула, увидела меня рядом, обхватила руками и притопила. Я вынырнул, отплевываясь, и тут же получил порцию воды в лицо. Ах ты, вредина! Получай тогда! Догнал, притопил, опять получил водой в нос, еле отфыркался.
Мы бесились в воде минут пять, пока не начали замерзать. Всё же вечер был уже довольно прохладный, и вода успела остыть, плюс где-то у дна били ледяные ключи. Я первым выскочил на берег, запрыгал — полные уши воды.
Сашка медленно выходила из воды, отжимая мокрые волосы и всё ещё смеясь после нашей возни. Струйки воды стекали по плечам, грудкам, бедрам. Закатный свет блестел на мокрых бесконечных ногах. Саша медленно подошла к берегу, встряхнула волосами, брызги полетели в разные стороны. Богиня.
— Вышла из пены нагая с сосками торчащими Эрос! – продеклдамировал я что-то на древнегреческом.
— Синяя только, замёрзла, и вся околела, — в размер ответила Сашка, зябко передернув плечами.
Я схватил с шезлонга большое полотенце, забытое тут кем-то после дневного купания, накинул ей на плечи. Сашка с благодарностью завернулась в него и быстро заговорила:
4 часа