сделала шаг назад, едва не потеряв равновесие. Пожилая русая женщина остановилась в нескольких шагах от них. На её мудром, покрытом лёгкими морщинами лице появилась невероятно теплая, грустная и бесконечно родная улыбка.
Она перевела взгляд с молоденькой Ирины на замершего Мишу, а затем тихим, удивительно знакомым, но взрослым голосом произнесла на чистейшем русском языке:
— Мы так долго вас ждали…
Саша медленно переглянулся с Мишей, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Затем он вонзил ошарашенный взгляд в молодую Катю, следом — в Ирину, и снова на пожилых женщин. Его глаза буквально на лоб лезли от осознания происходящего безумия. Миша находился в не меньшем шоке. Увидеть свою любимую девчонку, которой только-только исполнилось двадцать, в образе пожилой, прожившей целую жизнь дамы — испытание не для слабонервных.
Однако, даже сквозь этот ступор, от наметанного мужского взгляда Миши не утаилось то, как поразительно хорошо обе женщины сохранились. Время и суровый климат этого мира словно не касались их красоты. Пожилая Ирина обладала всё той же крупной, высокой и явно упругой грудью, едва скрытой кожаной повязкой, а взрослая Катя сохранила стройную, длинноногую фигуру с безупречной осанкой настоящей балерины.
— Ну привет, Катька, — с легкой, до боли знакомой хрипотцой, сочным и звонким Катиным голосом обратилась пожилая брюнетка к своей молодой копии.
— Ира, — произнесла вторая женщина, делая шаг вперед и протягивая руку... самой себе. — Как же давно я уже твой фейс не видела! Боже, Ирка... а я, оказывается, была очень даже ничего так из себя!
При этих словах молодая Ирина судорожно сглотнула, а наша четвёрка друзей так и осталась стоять, окончательно ошарашенная.
— Погодите... — наконец выдавил из себя Саша, выходя из оцепенения и заслоняя собой обеих девчонок. — Если вы — это они... то где тогда мы? В смысле... Миша и я?! Почему вас тут только двое?!
Пожилая Катя и пожилая Ирина переглянулись, и на их лицах на мгновение скользнула глубокая, грустная тень…
Взрослая Ирина смерила Михаила долгим, нечитаемым взглядом, в котором промелькнула смесь светлой ностальгии и скрытой боли. В её фразе «Вас проводят» прозвучало нечто большее, чем просто инструкция — это казалось предостережением. Прежде чем Саша успел выкрикнуть что-то ещё, женщины-великаны мягко, но недвусмысленно выстроились полукругом, отделяя парней от уходящих в глубину пещеры девушек. Молодые Катя и Ира несколько раз оглянулись на своих парней, но старшие копии уверенно и бережно вели их за собой в сторону бокового скального прохода, занавешенного тяжелыми шкурами.
Саша и Миша остались стоять посреди огромного грота в окружении двухметровых краснокожих воительниц.
— Ну охренеть теперь... — сдавленно пробормотал Миша, озираясь по сторонам. — Саш, ты видел, как она на меня посмотрела? Словно я... я не знаю, умер лет двадцать назад!
— Не паникуй раньше времени, — попытался взять себя в руки Саша, хотя у самого внутри всё сжималось от недоброго предчувствия. — Главное, девчонки в безопасности. С ними их же «я», вреда они себе не причинят. Нам надо понять, где мы сами в этом их «будущем».
В этот момент к парням медленно подошла та самая предводительница — дикая красавица с высоким конским хвостом. Её взгляду теперь не доставало той мягкости, с которой она смотрела на Ирину, но в нём не было и враждебности. Она произнесла пару отрывистых слов, повернулась и сделала приглашающий жест рукой, указывая парням на противоположную сторону грота, где у отдельного, чуть меньшего очага собирались мужчины-гиганты…
***
Саша и Миша, оставшись вдвоем перед строем двухметровых статных женщин, на какую-то секунду почувствовали себя абсолютно беспомощными. Без девушек рядом, без понимания местной речи и с
Милый брат