не дать ни единого шанса на побег, но — как это ни странно — веревки абсолютно не пережимали вены. Кровообращение не было нарушено, пальцы не немели и не заплывали холодом.
«Гориллы? — с диким недоумением подумала Ира, рассматривая толстый, витый растительный шнур. — Да у этих тварей пальцы толщиной с бревно, а мозгов едва хватает, чтобы палку переломить! Они бы скорее оторвали нам кисти, чем завязали такой идеальный морской узел...»
Сколько времени они пробыли в этом бессознательном плену, ни Ира, ни Катя не помнили. Голова гудела, а во рту стоял стойкий привкус. Неподалёку, у выхода из под навеса из жердей и веток, молчаливо сидели три гигантские горилы. Чудовищные туши, покрытые густой шерстью, выглядели внушительно и жутко, но поведение их казалось странным: они не проявляли к пленницам никакого агрессивного или животного интереса. Монстры просто сидели на камнях, изредка почесываясь и бдительно остерегая выход, но близко к девушкам не подходили — словно выполняли четкий, строго данный кем-то приказ. Катя, лежавшая в двух шагах от Иры, тоже пришла в себя. Она тихо застонала, повернула голову и встретилась взглядом с подругой.
— Ира... — едва слышно прошептала Катя, её голос сорвался на сухой хрип. — Ты как? Цела?
— Жива вроде... — тихо отозвалась Ира, осторожно перекатываясь на бок, чтобы видеть Катю. — Кать, посмотри на свои ноги. Тебя тоже связали?
Катя нахмурилась, попыталась потянуть ступни на себя и растерянно моргнула:
— Да... Связали. Но… кажется нас даже не изувечили, когда тащили сюда.
— Вот и я о том же, — Ира опустила голос до едва различимого шепота, кивнув головой в сторону сидевших у прохода стражей. — Катя, посмотри на этих тварей. Гориллы — тупые исполнители. Они не умеют вязать узлы, от которых не затекают руки. Они не стали бы бережно нести нас через горы. Они явно не зачинщики этого похищения.
Катя с трудом сглотнула, вглядываясь в тёмный силуэт ближайшего чудовища:
— Ты хочешь сказать... кто-то отдаёт им приказы? Кто-то разумный?
— Именно, — твёрдо прошептала Ира, и от собственного вывода у неё по коже побежали ледяные мурашки. — Ими кто-то управляет, Кать. Кто-то, кто остаётся в тени. Нас берегут для чего-то... или для кого-то.
Девушки переглянулись. В их глазах застыл не просто страх перед дикими зверями, а липкий, леденящий ужас перед неизвестным кукловодом, который дергал за ниточки этих страшных монстров.
В глубине пещеры, далеко за спинами пленниц, вдруг сохой треск ломающейся ветки огласил тишину, и чья-то неторопливая, легкая тень медленно отделилась от дальней стены…
Глава 47.
Из густой, непроглядной тени в глубине пещеры к пленницам осторожно приблизился высокий, стройный силуэт.
Приглядевшись в сумраке, Ирина от неожиданности чуть не ахнула — это был мужчина из их родного стойбища! Тот самый длинноногий воин, которого они часто видели у дальних очагов. Ира широко раскрыла глаза и уже собиралась выкрикнуть от радости, но стройный великан мгновенно приложил изящный смуглый палец к своим губам, приказывая им хранить абсолютное молчание.
Твари у входа ничего не заметили.
Воин коротко махнул рукой куда-то в темноту за своей спиной. Из густых кустов, разросшихся у импровизированного шалаша, к ним бесшумно выскочил второй мужчина. Этот казался ещё моложе первого — с поджарым, жилистым торсом и пылающим решимостью взглядом. Он, не теряя ни секунды, направлялся прямиком к лежащей Ирине.
Всё происходило в абсолютной, звенящей тишине. Не было слышно даже дыхания.
Мужчины легко, словно девушки были легкими пушинками, подхватили пленниц на руки. Молодой подхватил Иру, а высокий воин бережно поднял Катю. Сначала медленно, филигранно огибая шуршащие ветки и острые камни, парням удалось
Мама с другой стороны.