члена. Сашин — средней длины, но толстый, с красноватой головкой. Женин — длинный и тонкий, изогнутый чуть влево. Она перевела взгляд с одного на другой, и в её голове мелькнула мысль: «Три члена. Это и есть те самые три смычка».
Но она не отступила. Она снова припала к члену Самвела, и одновременно её руки потянулись к Саше и Жене — она обхватила их стволы пальцами, неумело, но старательно, и начала двигать руками в такт движениям головы.
— Блядь, — выдохнул Женя. — Блядь, блядь, блядь.
— Охуеть, — прохрипел Саша. — Блядь... блядь.
Света, всё ещё сидевшая на скамейке, смотрела на это с изумлением. Она знала Лену почти год, и она никогда — никогда — не могла представить её в такой ситуации. На коленях, с тремя членами, с голой грудью и этим решительным выражением лица, которое контрастировало с её косичками и гольфами.
Лена работала. Она сосала у Самвела, пока он не начинал тяжело дышать, потом переключалась на Сашу, потом на Женю. В перерывах она делала глоток колы со льдом — стакан стоял рядом на полу, и лёд уже почти растаял, но кола всё ещё была холодной. Она запивала слюну и предэякулят, который собирался во рту, и возвращалась к работе.
— Глотай, — сказал Самвел, когда почувствовал приближение оргазма. — Всё глотай.
Лена послушно сомкнула губы вокруг его члена, и когда он кончил — горячей, солёной струёй, которая ударила в нёбо, — она сглотнула. Раз, другой, третий. Она глотала, пока Самвел не вышел из её рта, и на её губах осталась блестящая дорожка.
— Кола, — напомнил Самвел.
Лена сделала глоток. Потом повернулась к Саше.
— Теперь ты, — сказала она, и её голос звучал хрипло, но решительно.
Саша кончил через пару минут — её язык нашёл какую-то особенно чувствительную точку на нижней стороне ствола, и он взорвался с такой силой, что часть спермы попала Лене на подбородок. Она собрала её пальцем и отправила в рот — аккуратно, как делала всё в жизни.
— Кола, — снова напомнил Самвел.
Женя оказался самым стойким. Его длинный и тонкий член требовал особого подхода, и Лена, как прилежная ученица, экспериментировала — то брала глубже, то работала только головкой, то помогала рукой. Женя стонал, запрокидывал голову, и его обычно растрёпанные волосы стали ещё более растрёпанными от того, что он постоянно запускал в них свои пальцы.
— Я сейчас... — выдохнул он. — Я сейчас...
Лена взяла его глубже, и когда он кончил, она снова сглотнула — всё до последней капли.
— Кола, — сказал Самвел.
Лена сделала глоток. Потом поднялась с колен — её ноги затекли, гольфы были мокрыми и грязными, но она стояла прямо и смотрела на Самвела с тем же выражением ожидания. Глаза горели от возбуждения, дыхание было частым и прерывистым.
— Теперь Света, — сказал Самвел. — Ты обещала отлизать ей.
Света, которая всё это время наблюдала за происходящим с раскрытым ртом, ее рука медленно ласкала свою гладкую киску, вздрогнула, поняв, что ее очередь.
— Что? — переспросила Света.
— Она обещала, — повторил Самвел. — Лена, ты готова?
Лена повернулась к Свете. Её взгляд скользнул по лицу подруги — раскрасневшемуся, со следами слюны и слёз на щеках, с распухшими от минета губами, налитым и возбуждённым лоном — и она сказала:
— Да. Я готова.
— Тогда, — Самвел указал на скамейку, — в позу взаимной оральной ласки в положении голова к ногам. Света снизу, Лена сверху. Лена, снимай трусики.
Лена спустила трусики — кружевные, в тон лифчику, который всё ещё лежал на скамейке. Она оставила их
Тимур и его команда I. Часть 11. Посвящение